Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 483632)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Жертва безвременья

0   0
Первый авторПротопопов Михаил Алексеевич
Страниц15
ID9577
Аннотация(Повести г-на Антона Чехова)
Кому рекомендованоКритика и публицистика
Протопопов, М.А. Жертва безвременья : Статья / М.А. Протопопов .— 1892 .— 15 с. — Критика

Предпросмотр (выдержки из произведения)

М. А. Протопопов Жертва безвременья (Повести г-на Антона Чехова) Ты должен знать, Что время делает людей. <...> Шекспир ...тощий плод, до времени созрелый, Ни вкуса нашего не радуя, ни глаз, Висит между цветов, пришлец осиротелый, И час их красоты -- его паденья час. <...> Доброта как орудие и даже неотразимое орудие борьбы, -- какая сентиментальность! <...> В этой жизни, где "человек человеку -- волк", где идея солидарности и братства между людьми представляется какою-то бессильной утопией, где, по слову поэта, кипит "вечная, бесчеловечная вражда-война", -- провозглашать среди таких условий доброту души как верховный принцип, значит просто идти против природы людей, забывать о том естественном чувстве самосохранения, которое свойственно всем людям и даже всем живым существам без исключения. <...> Ведь даже эта старуха, объясняя поведение этого Володи, говорит, что он "разумом помутился, в яме он долго сидел -- от этого, говорят, разумом помутился", а между тем, образ действий "Володи" -- только крайний логический вывод того бесконечного прощения, которое рекомендовала Хвощин-ская, и последнее выражение той всеобъемлющей доброты, о которой говорил Тургенев. <...> Попробуем обратиться за разъяснением дела к Льву Толстому, но не к Толстому-философу, который своим учением о непротивлении злу говорит почти то же самое, что мы только что слышали и отвергли, а к Толстому-художнику и психологу. <...> Пьер ничем не заискивал расположения княжны, он только с любопытством рассматривал ее. <...> Страстную любовь пленного итальянца Пьер теперь заслужил только тем, что он вызывал в нем лучшие стороны его души и любовался ими". <...> Пьер много попростел: это значит не то только, что он стал доступнее, естественнее в своих сношениях с людьми, а значит именно то, что он стал добрее, то есть участливее, внимательнее и снисходительнее к другим. <...> Добрых людей немало на свете, и понятие доброты -- очень широкое понятие. <...> Ведь, кроме вас <...>
Жертва_безвременья.pdf
М. А. Протопопов Жертва безвременья (Повести г-на Антона Чехова) Ты должен знать, Что время делает людей. Шекспир ...тощий плод, до времени созрелый, Ни вкуса нашего не радуя, ни глаз, Висит между цветов, пришлец осиротелый, И час их красоты -- его паденья час. Лермонтов I "Будь только человек добр, его никто отразить не в состоянии". Это один из многочисленных и большею частью удачных афоризмов, которые любил вставлять Тургенев в свои произведения. На первый взгляд, этот афоризм -- не более, как парадокс, придуманный какою-нибудь мягкою душой для своего собственного успокоения. Доброта как орудие и даже неотразимое орудие борьбы, -- какая сентиментальность! Борьба посредством собственных боков -- какая наивность! Уступчивость и кротость как средства благого воздействия на людей -- какая аркадская идиллия! В этой жизни, где "человек человеку -- волк", где идея солидарности и братства между людьми представляется какою-то бессильной утопией, где, по слову поэта, кипит "вечная, бесчеловечная вражда-война", -- провозглашать среди таких условий доброту души как верховный принцип, значит просто идти против природы людей, забывать о том естественном чувстве самосохранения, которое свойственно всем людям и даже всем живым существам без исключения. Однако вот другой крупный авторитет наш -- Хвощинская-Заиончковская, в одном из последних романов которой мы встречаем такой афоризм: "Для того, чтобы быть правым, нужно прощать бесконечно". Читатель видит, что это не более, как перифраз мысли Тургенева, с оттенком, пожалуй, некоторой экзальтации, столь вообще свойственной женской натуре. Совпадение этих афоризмов не случайно, и они были высказаны их авторами не легкомысленно, не для фраз, не для красоты слога, а как бы в виде краткого резюме всего того житейского опыта и того глубокого проникновения в душевные тайники людей, которыми так богаты были и Тургенев, и Хвощинская. Как же быть нам, читателям, доверяющим руководству этих светил нашей литературы? Сомневаться в искренности и продуманности их показаний мы не можем и не смеем. С другой стороны, мы не можем не повиноваться голосу своего разума и своего внутреннего чувства, которые решительно отказываются усвоить это успокоительное учение, в его полном объеме, по крайней мере. Мы не можем уподобиться тому читателю, про которого рассказывала горбуновская старуха: "Намедни Володя читал умную книжку, да после стал у ворот, да всякому, кто ни пройдет, мужик ли, барин ли, всем в ноги кланялся, плачет да кланяется: "Простите, говорит, меня окаянного. Книжка уж такая. Все, говорит, мое сердце растопилось". Ведь даже эта старуха,
Стр.1