Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 471209)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Литературные успехи Г. И. Успенского

0   0
Первый авторУспенский Николай Васильевич
Страниц2
ID12080
Кому рекомендованоИз прошлого. Мемуары
Успенский, Н.В. Литературные успехи Г. И. Успенского : Очерк / Н.В. Успенский .— 1889 .— 2 с. — Мемуары

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Н. В. Успенский Литературные успехи Г. И. Успенского Отец Глеба Ивановича ревностно оберегал будущего даровитого писателя от знакомства с бытом простого народа, воспитывая его как настоящего барича, которому строго-настрого внушалось не заводить знакомства с семинаристами, мещанами, тульскими оружейниками, а пуще всего с мужиками. <...> Ему предназначалась блестящая карьера "палатского" сановника, который по сущей правде мог бы сказать своей душе: "Яждь, пий и веселись! <...> . Но вышло наоборот: барство во всех его видах и формах не пришлось Глебу Ивановичу по душе. <...> Лишь только он достиг юношеского возраста, все его симпатии стали неудержимо клониться на сторону простой деревенской жизни, изучению и художественному воспроизведению которой он посвятил все свое оригинальное дарование, достигшее своего апогея в произведениях: "Нравы Растеряевой улицы" и "Власть земли". <...> Однажды летом Глеб Иванович посетил мою деревенскую квартиру близ города Черни Тульской губернии. <...> Переступив порог, он с неподдельным восторгом воскликнул: - Боже мой, как у тебя хорошо! <...> Я как-то видел гусей в Петербурге на дворе, где ни единой капли воды не было... <...> Я уж думал, глядя в окно, не пингвины ли это какие, о которых так подробно повествует Дарвин... <...> А это, скажи, пожалуйста, кто идет по лугу? - внезапно обратился ко мне с вопросом дорогой гость, глядя в растворенное окно. <...> - Это кто же такие будут? - входя в мою комнату и указывая на Глеба Ивановича, спросил меня причетник. <...> Да неужели это сынок Ивана Яковлевича, моего незабвенного благодетеля, который помог мне выдать старшую дочь за волостного писаря... <...> Глеб Иванович разразился неудержимым хохотом и, отозвав меня в соседнюю комнату, сказал: - Уступи мне это слово... <...> Мне хочется вставить его в диалог своих героев... <...> В это время причетник с тревожным видом известил нас: - Господа! <...> - Зарешенный дьякон... из села Голенищей... пьяница - не накажи Господь! <...> Вдруг в передней раздался могучий бас: - Хозяину дома <...>
Литературные_успехи_Г._И._Успенского.pdf
Н. В. Успенский Литературные успехи Г. И. Успенского Отец Глеба Ивановича ревностно оберегал будущего даровитого писателя от знакомства с бытом простого народа, воспитывая его как настоящего барича, которому строго-настрого внушалось не заводить знакомства с семинаристами, мещанами, тульскими оружейниками, а пуще всего с мужиками. Ему предназначалась блестящая карьера "палатского" сановника, который по сущей правде мог бы сказать своей душе: "Яждь, пий и веселись!". Но вышло наоборот: барство во всех его видах и формах не пришлось Глебу Ивановичу по душе. Лишь только он достиг юношеского возраста, все его симпатии стали неудержимо клониться на сторону простой деревенской жизни, изучению и художественному воспроизведению которой он посвятил все свое оригинальное дарование, достигшее своего апогея в произведениях: "Нравы Растеряевой улицы" и "Власть земли". Однажды летом Глеб Иванович посетил мою деревенскую квартиру близ города Черни Тульской губернии. Переступив порог, он с неподдельным восторгом воскликнул: - Боже мой, как у тебя хорошо!.. Экая прелесть!.. Ну, брат, ты поистине можешь назваться счастливейшим из смертных... Вон гуси плывут по реке... Я как-то видел гусей в Петербурге на дворе, где ни единой капли воды не было... Ты не можешь себе представить этих покрытых какой-то сажей несчастных птиц. Я уж думал, глядя в окно, не пингвины ли это какие, о которых так подробно повествует Дарвин... А это, скажи, пожалуйста, кто идет по лугу? - внезапно обратился ко мне с вопросом дорогой гость, глядя в растворенное окно. - Наш причетник. - Нельзя ли зазвать его сюда да побеседовать... Небось, водки нужно? - Устроим все как следует... Эй! Софроныч! Заходи сюда... - Это кто же такие будут? - входя в мою комнату и указывая на Глеба Ивановича, спросил меня причетник. - Рекомендую, мой двоюродный брат, сын известного вам делопроизводителя палаты государственных имуществ. - Боже праведный! Да неужели это сынок Ивана Яковлевича, моего незабвенного благодетеля, который помог мне выдать старшую дочь за волостного писаря... - Ну, будет об этом толковать!.. Вы лучше расскажите, куда ходили, что видели, слышали?.. Не угодно ли водочки? - Спаси вас Царица Небесная!.. Ходил я в волостную насчет загону... Никакого толку не вышло... Было одно только перекобыльство... с позволения вашего сказать... Глеб Иванович разразился неудержимым хохотом и, отозвав меня в соседнюю комнату, сказал: - Уступи мне это слово... - Какое? - изумился я. - "Перекобыльство". Мне хочется вставить его в диалог своих героев... - Пользуйся им, сколько угодно, тем более что оно мне не нравится... В это время причетник с тревожным видом известил нас: - Господа! Ради самого Бога, спрячьтесь куда-нибудь... Сюда идет сам атаман-разбойник!.. Он вам покою не даст... - Какой такой атаман? - Зарешенный дьякон... из села Голенищей... пьяница - не накажи Господь! Он всех своих родных поголовно в смятение привел... Вдруг в передней раздался могучий бас: - Хозяину дома сего - здравия, душевного спокойствия и во всем благого поспешения... - Пойдем, пожалуйста, посмотрим, что за личность, - радостно проговорил Глеб Иванович, как ребенок, которому предстояла возможность увидать живого льва или тигра. Едва мы вступили в зал (широкая комната со скрипучим полом), как перед нашими глазами предстала колоссальных размеров высокая фигура с всклокоченными волосами и опухшими глазами, одетая в засаленный темный подрясник. - Считаю долгом аттестовать себя благородным лицам, - продолжал незнакомец, - отрешенный от должности сельского дьякона вследствие злокозненных ухищрений местного благочинного Иоанн Златоверховников; некогда получал за чтение Апостола на свадьбах по двадцать пять рублей, одевался в порфиру и виссон и, как евангельский богач, говорил самому себе: "Раззорю житницы моя и большия созижду"... Но, между прочим, провидению угодно было допустить, чтобы злоухищрения благочинного
Стр.1