Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 471231)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Лукьянов С. М. Запись бесед с Э. Э. Ухтомским

0   0
Первый авторУхтомский Эспер Эсперович
Страниц10
ID11973
Кому рекомендованоМемуары
Ухтомский, Э.Э. Лукьянов С. М. Запись бесед с Э. Э. Ухтомским : Статья / Э.Э. Ухтомский .— 1920 .— 10 с. — Мемуары

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Запись бесед с Э. Э. Ухтомским // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII--XX вв. <...> С. М. Лукьянов Запись бесед с Э. Э. Ухтомским В мае, июне, июле и ноябре 1920 г. я виделся несколько раз в Детском (б<ывшем> Царском) Селе с князем Эспером Эсперовичем Ухтомским1 и беседовал с ним про Соловьева и близких к нему людей. <...> Из разговора 23-го мая 1920 г. В 1880 г. в число студентов Петербургского университета вступил некий Александровский2, повидимому, крещеный еврей. <...> Соловьев был очень огорчен смертью Александровского; считал его потерю незаменимой. <...> В студенческие годы обнаруживал интерес к философии, занимался в Публичной библиотеке, часто обращался за справками к Э. Л. Радлову {См. примеч. <...> В том же 1880 г. и на тот же историко-филологический факультет Петербургского университета, что Александровский, поступил и князь Э. Э. Ухтомский, интересовавшийся точно так же философией. <...> Э. Э. Ухтомский занимался специально у Владиславлева, у которого были и другие специалисты, в расчете сделаться впоследствии преподавателями логики. <...> Лекции Владиславлева доброй памяти по себе у князя Э. Э. Ухтомского не оставили. <...> По интересу к Лотце он оценивал и своих слушателей. <...> Собственно философскими заботами студентов Владиславлев не интересовался. <...> К Соловьеву Владиславлев относился с плохо скрываемым пренебрежением. <...> Лекции Соловьева князь Э. Э. Ухтомский слушал с осени 1880 г. до марта (приблизительно) 1881 г. Слушателей у Соловьева было множество. <...> Студенты приходили занимать места заблаговременно, иногда за час или более до начала лекции. <...> Удары и нападения этих лиц Соловьев отражал шутя -- тогда раздавались рукоплескания. <...> Лекции Соловьева представляли собою как бы пересказ чтений о богочеловечестве9. <...> Интерес был к нему и внешний, и внутренний. <...> Видя перед собой массу слушателей, Соловьев весь отдавался восторженному, вдохновенному настроению. <...> Из числа слушателей Соловьева нужно назвать графа Александра Федоровича Гейдена <...>
Лукьянов_С._М._Запись_бесед_с_Э._Э._Ухтомским.pdf
Лукьянов С. М. Запись бесед с Э. Э. Ухтомским // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII--XX вв.: Альманах. --М.: Студия ТРИТЭ: Рос. Архив, 1992. -- С. 393-402. -- Вып. II--III. http://feb-web.ru/feb/rosarc/ra2/ra2-393-.htm С.М. Лукьянов Запись бесед с Э. Э. Ухтомским В мае, июне, июле и ноябре 1920 г. я виделся несколько раз в Детском (б<ывшем> Царском) Селе с князем Эспером Эсперовичем Ухтомским1 и беседовал с ним про Соловьева и близких к нему людей. Тут же в присутствии моего собеседника я заносил на бумагу главнейшие данные, которые воспроизвожу в нижеследующем с возможной точностью. Из разговора 23-го мая 1920 г. В 1880 г. в число студентов Петербургского университета вступил некий Александровский2, повидимому, крещеный еврей. Скончался от чахотки года через три; курса, кажется, не окончил. Следил за лекциями Владиславлева3, но слушал также в большой толпе и Соловьева4. Был многообещающий юноша. Пользовался особым вниманием и расположением Соловьева, которому, в свою очередь, был очень предан: "Весь светился Соловьевым". Соловьев был очень огорчен смертью Александровского; считал его потерю незаменимой. За перевод Гелленбаха5 <Александровский> взялся, вероятно, ради заработка, в качестве человека, сильно нуждающегося. Товарищем Александровского был Мазарович -- человек богатый, домовладелец и помещик. В студенческие годы обнаруживал интерес к философии, занимался в Публичной библиотеке, часто обращался за справками к Э. Л. Радлову {См. примеч. 153.}. Имел ли он какие-либо отношения к Соловьеву, князю Э. Э. Ухтомскому -- неизвестно. Может быть, об этом лице сохранились сведения в Публичной библиотеке. В позднейшие годы во "Всем Петербурге" {Следует читать: Петрограде.} содержится, между прочим, такое указание: Николай Иванович Мазарович, статский советник; адрес: Литейный проспект, дом No 7; в 1917 г. состоял во главе экспортной палаты, служил по ведомству учреждений императрицы Марии6. В том же 1880 г. и на тот же историко-филологический факультет Петербургского университета, что Александровский, поступил и князь Э. Э. Ухтомский, интересовавшийся точно так же философией. Мазарович зачислился в студенты историко-филологического факультета, кажется, годом раньше. Князь Э. Э. Ухтомский занимался специально у Владиславлева, у которого были и другие специалисты, в расчете сделаться впоследствии преподавателями логики. Многие из лиц этой категории Соловьева не слушали. Лекции Владиславлева доброй памяти по себе у князя Э. Э. Ухтомского не оставили. Читал Владиславлев неясно, невразумительно, "тянул". Специалисты должны были ходить поневоле. На лекциях, не дававших ничего существенного, спали. Были, впрочем, у Владиславлева коллоквиумы на дому. На этих коллоквиумах он был гораздо живее. Всего больше выдвигал Владиславлев Лотце7. По интересу к Лотце он оценивал и своих слушателей. Собственно философскими заботами студентов Владиславлев не интересовался. Он даже отговаривал заниматься философией и указывал, что лучше бы-де было сосредоточиться на занятиях у Бестужева-Рюмина по кафедре русской истории8. К Соловьеву Владиславлев относился с плохо скрываемым пренебрежением. О лицах, увлекающихся Соловьевым, судил отрицательно. Лекции Соловьева князь Э. Э. Ухтомский слушал с осени 1880 г. до марта (приблизительно) 1881 г. Слушателей у Соловьева было множество. Такой переполненности одной из самых больших аудиторий никогда не было раньше. Студенты приходили занимать места заблаговременно, иногда за час или более до начала лекции.Шествие Соловьева по коридору в аудиторию -- целый триумф. Тысячи глаз приковывались к нему: одни -- с любопытством, другие -- с участием. На первых местах располагались лица, желавшие "подцепить" Соловьева. Удары и нападения этих лиц Соловьев отражал шутя -- тогда раздавались рукоплескания. Проходило все это в самый бурный год. Политика преобладала: сходки почти ежедневные. Лекции Соловьева представляли собою как бы пересказ чтений о богочеловечестве9.
Стр.1