Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 474698)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

"Литература и биография в романе Ю. Н. Тынянова ""Пушкин"""

0   0
Первый авторНазаренко
Страниц6
ID11967
АннотацияО творчестве автора (Тынянов Юрий Николаевич).
Кому рекомендованоО творчестве автора
Назаренко, М. "Литература и биография в романе Ю. Н. Тынянова ""Пушкин""" : Статья / М. Назаренко .— 2005 .— 6 с. — Критика

Предпросмотр (выдержки из произведения)

М. И. НАЗАРЕНКО ЛИТЕРАТУРА И БИОГРАФИЯ В РОМАНЕ Ю. Н. <...> ТЫНЯНОВА "ПУШКИН" Статья публикуется с разрешения автора Оригинал здесь: М. Назаренко <...> Парадоксальным может показаться тот факт, что Юрий Тынянов, автор трех романов, посвященных писателям первой трети XIX века, в своем научном творчестве не уделил достаточно внимания проблеме включения писательской биографии в историю литературы. <...> Напрашивается очевидный ответ: литература и филология были для Тынянова непересекающимися (или слабо пересекающимися) сферами деятельности. <...> В этом же плане может быть интерпретирован неоднократно подчеркивавшийся, в том числе самим Тыняновым, "уход" ученого в литературу. <...> Схожим образом рассуждает и Г. Левинтон: "[...] несоотносимость жанров романа и научного исследования" проявляется, в частности, в том, что "статья "Безыменная любовь" не только обосновывает и подкрепляет научными аргументами гипотезу, отраженную в романе, но одновременно подчеркивает необходимость аргументации, т.е. гипотетический характер биографической концепции, которая в романе предстает как безусловная реальность" (курсив автора) [Левинтон 1991: 127, 129]. <...> подытоживает тему: "Первый роман Тынянова был беллетристикой, соседствующей с наукой, второй - беллетристикой, подменяющей науку, третий - беллетристикой, дополняющей науку" [Гаспаров 1990: 18]. <...> (1) является ли литературная деятельность Тынянова продолжением его научных изысканий, <...> (2) если да, то каково взаимодействие между ними, и (3) какова тыняновская концепция связи между биографией и творчеством писателя. <...> Эйхенбаума большинство исследователей сходится на том, что не только роман "Пушкин" можно рассматривать как "подготовленный всем ходом научной историко-литературной работы Тынянова и органически вытекающий из статьи "Архаисты и Пушкин"" [Воспоминания 1983: 221-222], но и проза Тынянова в целом требует анализа как авторефлексивный опыт приложения формалистической теории к конкретному историко-литературному <...>
Литература_и_биография_в_романе_Ю._Н._Тынянова_Пушкин.pdf
М. И. НАЗАРЕНКО ЛИТЕРАТУРА И БИОГРАФИЯ В РОМАНЕ Ю. Н. ТЫНЯНОВА "ПУШКИН" Статья публикуется с разрешения автора Оригинал здесь:М. Назаренко. Литературоведение. Парадоксальным может показаться тот факт, что Юрий Тынянов, автор трех романов, посвященных писателям первой трети XIX века, в своем научном творчестве не уделил достаточно внимания проблеме включения писательской биографии в историю литературы. Напрашивается очевидный ответ: литература и филология были для Тынянова непересекающимися (или слабо пересекающимися) сферами деятельности. В этом же плане может быть интерпретирован неоднократно подчеркивавшийся, в том числе самим Тыняновым, "уход" ученого в литературу. Наиболее четко и последовательно эту мысль высказывала М. Чудакова: "Именно литературе оставляет [Тынянов] свободное, не претендующее на роль научного суждения обращение с внелитературными рядами - и "ближайшими", и "дальнейшими". Теоретическое осознание раздельности дела поэта и его биографии оказалось столь сильным, что как бы тесно ни приближалось в его романах одно к другому, как бы ни были многочисленны перебрасываемые автором мостики между этими двумя сферами - берега не смыкаются" [Чудакова 1986: 123]. Схожим образом рассуждает и Г. Левинтон: "[...] несоотносимость жанров романа и научного исследования" проявляется, в частности, в том, что "статья "Безыменная любовь" не только обосновывает и подкрепляет научными аргументами гипотезу, отраженную в романе, но одновременно подчеркивает необходимость аргументации, т.е. гипотетический характер биографической концепции, которая в романе предстает как безусловная реальность" (курсив автора) [Левинтон 1991: 127, 129]. Афористичное наблюдение М. Гаспарова подытоживает тему: "Первый роман Тынянова был беллетристикой, соседствующей с наукой, второй - беллетристикой, подменяющей науку, третий - беллетристикой, дополняющей науку" [Гаспаров 1990: 18]. Таким образом, проблема, соответственно, предстает перед нами в нескольких аспектах: (1) является ли литературная деятельность Тынянова продолжением его научных изысканий, (2) если да, то каково взаимодействие между ними, и (3) какова тыняновская концепция связи между биографией и творчеством писателя. Ответ на первый вопрос может быть только утвердительным: начиная с Б. Эйхенбаума большинство исследователей сходится на том, что не только роман "Пушкин" можно рассматривать как "подготовленный всем ходом научной историко-литературной работы Тынянова и органически вытекающий из статьи "Архаисты и Пушкин"" [Воспоминания 1983: 221-222], но и проза Тынянова в целом требует анализа как авторефлексивный опыт приложения формалистической теории к конкретному историко-литературному материалу. При этом, однако, отнюдь не исключается возможность и совершенно иного, так сказать, нетеоретического подхода к тыняновским текстам [Блюмбаум 2002: 1011]). Вопрос же о взаимодействии двух сфер творчества Тынянова не решаем абстрактно уже потому, что однозначный ответ не учитывал бы эволюцию творчества ученого и критика. Легко можно показать, что каждый художественный текст Тынянова воплощает решение теоретической проблемы, занимавшей исследователя в этот период, а также соотносится с требованиями, которые Тынянов-критик ставил перед русской литературой. В частности - и в особенности - это касается характеристики романного героя и, шире, литературного героя вообще. Г. Левинтон [1991: 129] и А. Немзер [1991: 248-249] показали, что образ Грибоедова в "Смерти Вазир-Мухтара" складывается на основе постулатов, сформулированных в работах "О композиции "Евгения Онегина"", "Сокращение штатов" и "Проблема стихотворного языка", - ни одна из которых не имеет прямого отношения к Грибоедову. Роман "Пушкин" (1935-1943) был написан в "посттеоретический" период русского формализма, когда опоязовцы по тем или иным причинам оставили "недодуманными" многие свои теории. "Я еще не додумал, буду думать", - этими словами Тынянов завершил набросанный в письме к В. Шкловскому (1929 г.) проект исследования, посвященного методике новых историко-литературных исследований [Тынянов 1977: 513]. Тынянов тезисно формулирует свое понимание творческой личности: это "не резервуар с эманациями в виде литературы и т. п., а поперечный разрез деятельностей, с комбинаторной эволюцией
Стр.1