Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 495890)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента
"Уважаемые СТУДЕНТЫ и СОТРУДНИКИ ВУЗов, использующие нашу ЭБС. Рекомендуем использовать новую версию сайта."

Воспоминания о Тэффи

0   0
Страниц10
ID11401
АннотацияОб авторе (Тэффи). Ирина Одоевцева. О Тэффи. Михаил Цетлин. Н. А. Тэффи
Кому рекомендованоОб авторе
Воспоминания о Тэффи : Статья .— 1943 .— 10 с. — Мемуары

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Так же как Саша Черный, Дон Аминадо и Аверченко, Надежда Александровна Тэффи имела в эмиграции поистине массового читателя. <...> Уже на восьмом десятке, оглядываясь на пройденный путь, Тэффи задумывалась о жизнеспособности своего творческого наследия и залог этой жизнеспособности видела не в сюжетах, не в занимательности и даже не в своей писательской зоркости. <...> Ирина Одоевцева О Тэффи Тэффи, как и мы с Георгием Ивановым, провела годы воины в Биаррице. <...> -- Никакого Элефанта Леви у нас не было и нет. <...> А Элефанта вам придется искать в другом месте. <...> Элефанты и леонты у нас браков не учиняют. <...> -- Не Элефанта, а Элифаса. <...> Клетчатый шарф, обычно не без лихости и кокетства закинутый вокруг шеи, распластан на плечах. <...> Где я видела такой бархатный берет, надвинутый на лоб, такой клетчатый плед и такое умное, строгое, старое лицо? <...> -- Надежда Александровна, -- начинаю я и на минуту останавливаюсь: а вдруг она обидится? <...> Еще позавчера художник М. сидит у меня, весь крутится и вьется, как угорь на сковородке, и все напрашивается на комплименты: -- Вы не находите, Надежда Александровна, что у меня сегодня какой-то странный вид? <...> Георгий Иванов прерывает ее: -- Ну какая же вы, Надежда Александровна, старуха? <...> Тэффи торжествует и, захлопнув Нодье, поучает нас, как профессор с кафедры: -- Феерия -- добро. <...> Феерия" происходит от феи, в ней все светло, она стремится к счастью, в ней действуют добрые силы. <...> Она ловким привычным движением придает своему бархатному берету залихватский уклон, высвобождает из-под него завитки волос на висках, сбрасывает клетчатый шарф и пальто и с явным удовольствием любуется собой в зеркале. <...> У меня кошачьих стихов набралось бы на целый том. <...> А жаль -- в ней было много остроумных находок и прелести. <...> Снаружи у меня смех, "великая сушь", как было написано на старых барометрах, а внутри сплошное болото, не душа, а сплошное болото <...>
Воспоминания_о_Тэффи.pdf
1872--1952 H. A. ТЭФФИ 1994. Дальние берега: Портреты писателей эмиграции / Состав и коммент. В. Крейд. -- М.: Республика, OCR Бычков М. Н. Содержание Ирина Одоевцева. О Тэффи Михаил Цетлин. Н. А. Тэффи Она начинала как поэтесса: ее первой книгой был сборник стихотворений "Семь огней". Вышел он в 1910 г., и несколько позднее (в том же году) опубликован первый сборник ее рассказов. Книга была сразу замечена, и, как вспоминала уже в эмиграции сама Тэффи, на эти рассказы "отозвались сердца читателей от восьми до восьмидесяти лет". До отъезда Тэффи из России вышло четырнадцать ее книг -- преимущественно юмористические рассказы. Свой отъезд, точнее, бегство она впоследствии описала в обычной невозмутимо-гротескной манере в "Воспоминаниях", вышедших отдельным изданием в 1932 г. Большинство рассказов Тэффи, собранных ею в многочисленные книги эмигрантского периода, предварительно печатались в русских зарубежных газетах. Так же как Саша Черный, Дон Аминадо и Аверченко, Надежда Александровна Тэффи имела в эмиграции поистине массового читателя. В отличие от многих литературных произведений зарубежья, тематически связанных со старой Россией, ретроспективных, Тэффи много писала об эмигрантской повседневности. Творческое наследие писателей-юмористов, как правило, отличается неравноценностью; и не все книги Тэффи, пожалуй, достойны переиздания: многие подробности в ее рассказах слишком тесно связаны с "текущим моментом". Уже на восьмом десятке, оглядываясь на пройденный путь, Тэффи задумывалась о жизнеспособности своего творческого наследия и залог этой жизнеспособности видела не в сюжетах, не в занимательности и даже не в своей писательской зоркости. "Горжусь, -- писала она, своим языком, который наша критика мало отмечала, выделяя "очень комплиментарно" малоценное в моих произведениях". Ирина Одоевцева О Тэффи Тэффи, как и мы с Георгием Ивановым, провела годы воины в Биаррице. Весеннее утро 42 года. Я только что встала. Звонок. В столовую входит Тэффи. Ее появление в такой ранний час немного удивляет нас с Георгием Ивановым, но мы ее, как всегда, радостно встречаем. -- Простите, -- говорит она взволнованно и торопливо, -- врываюсь к вам в такую рань. Только мне совершенно необходимо. Мы с недоумением переглядываемся. О чем это она? Что с ней? -- Если не у вас, так ни у кого здесь не найду, а мне до зарезу надо, -- продолжает она так же торопливо и взволнованно. -- Есть у вас "L'Histoire de la magie"1 Леви, Элифаса Леви? -- Нет, -- отвечаем мы хором. -- Никакого Элефанта Леви у нас не было и нет. -- И я даже о нем никогда не слыхала. Ни о нем, ни о его "L'Histoire de la magie", -- поясняю я. -- Так... -- разочарованно и протяжно произносит Тэффи. -- Значит, я напрасно взгромоздилась с петухами и даже кофе не успела выпить. -- Кофе мы с вами выпьем сейчас вместе, мы ведь тоже еще не пили. А Элефанта вам придется искать в другом месте. Элефанты и леонты у нас браков не учиняют. Тэффи морщится.
Стр.1