Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 474748)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Поль Верлэн. Стихи избранные и переведенные Ф. Сологубом

0   0
Первый авторВолошин Максимилиан Александрович
Страниц4
ID12522
Кому рекомендованоКритика
Волошин, М.А. Поль Верлэн. Стихи избранные и переведенные Ф. Сологубом : Очерк / М.А. Волошин .— 1907 .— 4 с. — Критика

Предпросмотр (выдержки из произведения)

СОЛОГУБОМ Издательство "Факелы" 1908 г. "Все умирает вместе с человеком, но больше всего умирает его голос", говорил однажды стареющий Теофиль Готье Эмилю Вержера [1] своим прекрасным, гибким, но уже погасающим голосом - голосом, с которым умирали последние беседы "хорошего вкуса" старой Франции. <...> В сущности, в человеке живет три голоса: Интимный голос, которым он говорит. <...> Перечитывая эти слова, невольно думаешь о том, что сказал бы Теофиль Готье, если бы он присутствовал при недавней торжественной церемонии в Париже, когда в подвалах Большой оперы, в специально сооруженном железном склепе, были похоронены для потомства, для будущего воскресения, голоса сладчайших певцов современности. <...> Я могу себе представить статью, которую написал бы Теофиль Готье по этому поводу. <...> Он стал бы говорить в ней об Египте и о том, как тело превращается в элегантную мумию, которую могла бы найти душа, вернувшаяся в следующем воплощении на землю. <...> И о том, что мы выше египтян, которые все-таки не сумели предохранить тела свои от любопытства, хищенья и разрушения, выше уже потому, что душа людей нашего времени, вернувшись на землю, найдет не почерневшие и обугленные формы, но свое истинное чувственное воплощение - свой голос, отлитый в диски нетленного металла. <...> И я представляю себе, что эта статья кончалась бы вопросом о том, дойдет ли это послание, замурованное в подвалах Большой оперы, по адресу к нашим потомкам и если по смене новых культур при каких-нибудь грядущих раскопках будут открыты эти драгоценные пластинки, так мудро защищенные двойной стеной бронзы и двойным слоем безвоздушного пространства, то сумеют ли Шамполионы будущих времен разгадать эти тонкие концентрические письмена, и найдется ли в то время певучая игла, которая пропоет им эти нити голосов, звучащих из-за тысячелетий. <...> Но если бы Теофиль Готье дожил до изобретения фонографа и раскрылись бы пред ним эти неожиданные перспективы, тем не менее от своих слов <...>
Поль_Верлэн._Стихи_избранные_и_переведенные_Ф._Сологубом.pdf
М. Волошин. Поль Верлэн. Стихи избранные и переведенные Ф. Сологубом. ---------------------------------------------------------------Источник: М. Волошин. Лики творчества. Л.: Наука, 1988, с. 438-443. (Лит. памятники). Электронная версия: В. Есаулов, 17 сентября 2005 г. ---------------------------------------------------------------ПОЛЬ ВЕРЛЭН. СТИХИ ИЗБРАННЫЕ И ПЕРЕВЕДЕННЫЕ Ф. СОЛОГУБОМ Издательство "Факелы" 1908 г. "Все говорил гибким, но беседы "хорошего умирает вместе с человеком, но больше всего умирает его голос", - однажды стареющий Теофиль Готье Эмилю Вержера [1] своим прекрасным, уже погасающим голосом - голосом, с которым умирали последние вкуса" старой Франции. - "Больше всего умирает голос... То, что делается с остальным, - это известно... по крайней мере это можно себе представить. Но что делается с голосом? Что от него остается? Ничто не может представления о нем тем, кто забыл его. Это уничтожение следа. Голос всеми угасает, и вся бесчисленными отголосками случайно не может Ничем нельзя затерявшейся в природа с тысячами тысяч ее оркестров и со их, умноженными очарования! Крик напомнить голоса умершего тем, кто забыл его. Ничто не может дать безвозвратное. Голос переходит в небытие, не оставляя до лесах, - повторяется. Разбитый Страдивариус может быть воссоздан. Но звук, присущий известной гортани, - никогда. И мало того, что звук голоса гибнет навсегда, - человеческая память - это зеркало вещей и времен, не задумывается над ним! Поразительно! Непогрешимый мастер французской речи задумался. - Голос идет из есть душа человека. Поэтому, быть души, говорят... Я думаю просто-напросто, что он и может, и исчезает он так бесследно из этого мира, где всякая плоть оставляет по крайней мере свой прах. - Голос - это воплощение души. Это ее чувственное проявление. Слушая голос, я постигаю душу, и слова, им произносимые, обмануть меня не могут. Где мастеру голос, точно так же, как словами запечатлевает он жесты и действия? В сущности, в человеке живет три голоса: Интимный голос, которым он говорит. Голос драматический - голос страсти. И, наконец, голос ритмический - музыкальный. Только музыкального - существуют предмет описания. развития Мы еще с приблизительной слова найти те слова, которые могут описать человеческий найти повторения ему. Ни одного звука! Ни одного знака! запечатлеть оттенков его, его бесконечности, даже птицы, для описания двух этих голосов - голоса драматического и голоса кое-какие скудные и изучения. Наука, развивающая их, дает и слова для их можем термины, потому что оба они точностью описать голос драматического артиста или певицы. Что же касается того голоса, которым говорят, его передать словами невозможно. Здесь можно употреблять только приемы аналогии. Но за неимением точных определений труднейших задач литературы". Перечитывая эти похоронены Готье, если бы он присутствовал Париже, когда в склепе, были сладчайших певцов современности. Газеты сообщили, что охранительной этому при недавней торжественной церемонии в из никак нельзя достигнуть никакой иллюзии. Это одна из слова, невольно думаешь о том, что сказал бы Теофиль подвалах Большой оперы, в специально сооруженном железном для потомства, для будущего воскресения, голоса каждая фонограмм, подвергнутых специальной оболочке, из-под которой был выкачан воздух. Я могу себе представить превращается в элегантную мумию, которую могла бы найти душа, вернувшаяся в следующем поводу. Он стал бы говорить в воплощении на землю. И о найдет не почерневшие все-таки не сумели предохранить тела свои от любопытства, хищенья и разрушения, выше землю, свое истинное чувственное воплощение - свой голос, отлитый в диски нетленного металла. И я дойдет ли это послание, замурованное в подвалах Большой оперы, по адресу к нашим потомкам раскопках двойной представляю себе, что эта и если по смене будут открыты эти драгоценные звучащих из-за тысячелетий. Но бы Вопрос, пластинки, так мудро защищенные ли Шамполионы будущих времен разгадать эти тонкие концентрические письмена, и стеной бронзы и двойным слоем безвоздушного пространства, то сумеют найдется ли в то время певучая игла, которая пропоет им эти нити голосов, если Теофиль Готье дожил до изобретения фонографа и раскрылись бы пред ним эти неожиданные перспективы, тем не менее от своих слов о том, что бы в человеке со смертью окончательнее всего умирает его голос, он не мог отказаться. его Теофиль Готье мечтал не о фотографии, а о портрете. Вообще может соответствовать нельзя не еще не был достаточно признать, что механическом разрешении задачи. И в мучивший, был сущности в художественном, а эта механическая по-прежнему ускользает, так как случайной моментальной запись обеспечивает бессмертие лишь голосу музыкальному и голосу драматическому. Интимный же голос фонограмма в лучшем случае его фотографии, а изобретение фонографа, сделанное в конце XIX века, было преждевременно. В нем есть известного рода анахронизм, свойственный многим механическим изобретениям, пришедшим в то время, как человек подготовлен к принятию их ни морально, ни духовно, ни эстетически. Такие несвоевременные изобретения не освобождают, притупляют душу человека, налагают путы на его мысль и на его душу. Отсюда тот острый оттенок пошлости, всюду сопутствующий граммофонам. Человечество фотография была бы изобретена раньше, чем искусство живописи. И изобретением Эдиссона? Теофиль Готье кто знает, какая не был прав до конца что есть область могло бы очутиться в таком положении, если бы, например, ветвь искусства пресечена теперь отношению к фонографу, которого он не мог предвидеть, но в ином. Потому гениальным в своих грустных словах не по искусства, которая иногда (правда, редко, не уже потому, что душа людей нашего времени, вернувшись на и обугленные формы, но статья кончалась бы вопросом о том, новых культур при каких-нибудь грядущих обработке, была помещена в особом бронзовом гробу, в двойной статью, которую написал бы Теофиль Готье по ней об Египте и о том, как тело том, что мы выше египтян, которые
Стр.1