Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 474748)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Записи 1932 года

0   0
Первый авторВолошин Максимилиан Александрович
Страниц51
ID12535
АннотацияКоктебель. Гимназия. Последняя встреча с Гумилевым. Смерть А. М. Петровой. О Н. А. Марксе. О Мандельштаме, Эренбурге и других. Мое последнее пребывание в Париже.
Кому рекомендованоВоспоминания и переписка
Волошин, М.А. Записи 1932 года : Статья / М.А. Волошин .— 1932 .— 51 с. — Мемуары

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Максимилиан Волошин Записи 1932 года Максимилиан Волошин. <...> Главное -- в Аликанте отсутствует то единство, которое отличает Коктебель от других стран земли -- Карадаг. <...> Сам старик Юнге в это время возлагал большие надежды на осуществление здесь большого хозяйства. <...> Но министр землед<елия> Ермолов4, будучи здесь специально для осмотра запрудных сооружений, к Юнге не заехал и т<аким> образом дал понять, что рассчитывать на помощь Министерства землед<елия> нечего. <...> У Юнге же личных средств на продолжение работ не было -- и дело было заброшено на половине. <...> Положение его на границе морских заливов, степи и гор делает его редким и единственным в смысле местности. <...> Фотографии их висели в комнатах стар<ого> коктебельского дома, котор<ый> на днях сгорел. <...> С детства перед ее глазами в доме отца проходила вся русская общественность, вся русская литература,-- начиная с Пушкина и кончая Костомаровым, Меем, Майковым и т. д. <...> Каменской превосходят по своим литературным достоинствам и по передаваемым в них фактам книгу воспоминаний Ек. <...> Еще очень удачный, интересный и со временем прольющий свет рассказ одной из фрейлин императрицы Ек<атерине> Федор<овне>, которой довелось быть личной свидетельницей сожжения всей переписки Ел<изаветы> Федор<овны> с Николаем I. <...> Она хорошо помнила поэта Шевченко в эпоху его ссылки и была свидетельницей очень своеобразного исторического эпизода дружбы Шевченко с Ольдриджем. <...> Ольдридж делал по России первую гастрольную поездку. <...> За сеансами велись длинные разговоры: в судьбе обоих художников оказалось очень много общего. <...> Юнге знала английск<ий> язык; через нее Ольдридж и Шевченко рассказывали свою историю. <...> В ту эпоху, когда я приехал в Коктебель, Ек<атерины> Фед<оровны> там не было. <...> Подруга Э<дуарда> Андр<еевича> Надежда Васильевна14 была женщина простая, но практическая, умеющая вести хозяйство в суровой коктебельской обстановке, но ограниченная. <...>
Записи_1932_года.pdf
Максимилиан Волошин Записи 1932 года Максимилиан Волошин. Избранное. Стихотворения. Воспоминания. Переписка. Минск, "Мастацкая лiтаратура", 1993 Составление, подготовка текста, вступительная статья и комментарии Захара Давыдова и Владимира Купченко OCR Бычков М. Н. Содержание ЗАПИСИ 1932 года. Коктебель. Гимназия. Последняя встреча с Гумилевым. Смерть А.М. Петровой. О Н. А. Марксе. О Мандельштаме, Эренбурге и других. Мое последнее пребывание в Париже. КОКТЕБЕЛЬ. ГИМНАЗИЯ. ПОСЛЕДНЯЯ ВСТРЕЧА С ГУМИЛЕВЫМ. СМЕРТЬ А.М. ПЕТРОВОЙ {Запись от 2/III.} Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе зарождение Коктеб<еля>? Я помню вот такой рассказ, слышанный мной от старика Юнге1. Это было в эпоху, когда он поселился здесь, в Коктеб<еле<, и собирался развернуть здесь большое хозяйство. Он рассказывал, как он попал в Коктеб<ель>, приехав верхом из Феодосии. В те годы, когда не существовало никаких дорог, тем более шоссе. Он приехал верхом по горам. И первое, что его поразило, сходство Коктебеля с Испанией. Аликанте. Для меня очень это было интересно, и, будучи через неск<олько> лет в Испании, я сам нарочно заехал в Аликанте, чтобы сравнить его с Коктебелем. Внешне, конечно, никакого сходства нет, но внутреннего параллелизма очень много. Главное -- в Аликанте отсутствует то единство, которое отличает Коктебель от других стран земли -- Карадаг. В Аликанте самое главное -- это пустыня, которая здесь подходит к самому берегу. После первопланного испанск<ого> городка с разбегающимися линиями и полуразрушенн<ыми> стар<инными> мостами открывается далекая пологая равнина, на котор<ой>, среди старинных крепостей, заменяющ<их> кулисы, синеет пальмовая роща -- единственная роща пальм, свободно растущая на Европейск<ом> континенте. И эта близость подлинной пустыни, находящ<ейся> немедленно за чертой горизонта, устанавливает сходство между Коктебелем и Аликанте. Местность эта его поразила, и он поручил проживающему здесь инженеру постепенно скупить у мурзаков2 эту землю вдоль берега моря. Тогда тут было стремление многих интеллигентов приобретать в Крыму земли. В то время была приобретена Карадагская долина, Туманова балка, которая так называлась <по> фамилии своих владельцев Тумановых. У Тумановых ее купила Шевякова, котор<ая> построила там дом, а у нее купил проф<ессор> Вяземский3 -- основатель Карадагской станции, где до сих пор находится им собранная научная библиотека в 40 т<ысяч> томов. Сам старик Юнге в это время возлагал большие надежды на осуществление здесь большого хозяйства. Он мечтал устроить в долине Еланчика большую запруду воды для орошения всей Коктебельск<ой> долины. Работы для осуществ<ления> этого были начаты и делались на его счет: он рассчитывал на помощь Министерства земледелия. Но министр землед<елия> Ермолов4, будучи здесь специально для осмотра запрудных сооружений, к Юнге не заехал и т<аким> образом дал понять, что рассчитывать на помощь Министерства землед<елия> нечего. У Юнге же личных средств на продолжение работ не было -- и дело было заброшено на половине.
Стр.1