Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 474748)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Том 50, Дневники и записные книжки 1888-1889, Полное собрание сочинений

0   0
Первый авторТолстой Лев Николаевич
Страниц95
ID11729
Кому рекомендованоПолное собрание сочинений
Толстой, Л.Н. Том 50, Дневники и записные книжки 1888-1889, Полное собрание сочинений : Дневник / Л.Н. Толстой .— 1952 .— 95 с. — Мемуары

Предпросмотр (выдержки из произведения)

И, разговорившись с ней, я сам себе уяснил: великое горе, от к[оторого] страдают милионы, это не столько то, что люди живут дурно, а то, что люди живут не по совести, не по своей совести. <...> Люди возьмут себе за совесть чью-нибудь другую, высшую против своей, совесть (н[а]п[ример] Христову -- самое обыкновенное) и очевидно не в силах будучи жить по чужой совести, живут не по ней и не по своей, и живут без совести. <...> Начал писать письма Ге и Семенову -- не мог. <...> Если бы Хр[истос] пришел и отдал в печать Евангелия, дамы постарались бы получить его автографы и больше ничего. <...> Грустно б[ыло] вчера, хотелось умереть, чтоб уйти от нелепости, к[оторую] настолько перерос. <...> Нагор[нов], Герасимов и Лева вывели меня из себя. <...> Письмо от Черткова, о том же, о деньгах: о том, как быть с ними. <...> Джунк[овский] хочет служить и копить, чтобы купить землю, дом и кормиться с земли. <...> (1) Зачеркнуто: выучиться как можно меньше требовать себе труда от людей, т. е. денег. <...> Встал рано, Лева всё так же нездоров, затопил печку и вот сбираюсь писать. <...> (1) Зачеркнуто: Тщеславен и се для него нужны не факты, а мотивы, по к[оторым] делается. <...> Поэтому то язычникам и нельзя б[ыло] начинать никакого дела без птицегадания и рассматривания внутренностей жертв. <...> Сходил к сапожнику о калошах, шил, приехала М[арья] А[лександровна], пошел к ее брату. <...> А нынче мальчики раздетые, из к[оторых] два ехали на конке, а два бежали за нею, без шапки. <...> Всё вместе произвело мучительное впечатление, к [оторое] я с трудом пересилил. <...> Его мысль о дешевом хлебе, о том, что не надо ничего делать свыше -- т. е. от правительства -- для установления правильных отношений между людьми, а только не мешать ходу вещей -- гораздо значительнее, чем его статья. <...> Он говорит, что дешевый хлеб сделает то, что люди откажутся от земельн[ой] собственности и ею спекулировать нельзя будет, а можно будет только ею кормиться, -- то, что сделал Иосиф, то разделается. <...> Дешевый хлеб и множество потребностей <...>
Том_50,_Дневники_и_записные_книжки_1888-1889,_Полное_собрание_сочинений.pdf
ЛЕВ ТОЛСТОЙ ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ Издание осуществляется под наблюдением государственной редакционной комиссии Серия вторая ДНЕВНИКИ ТОМ50 (Перепечатка разрешается безвозмездно) (Издание: Л. Н. Толстой, Полное собрание сочинений в 90 томах, академическое юбилейное издание, том 50, Государственное Издательство Художественной Литературы, Москва - 1952; OCR: Габриел Мумжиев) ДНЕВНИКИ И ЗАПИСНЫЕ КНИЖКИ 1888 - 1889 С 23 НОЯБ. 88 ПО 31 ИЮЛ. 89 [1888] 23 Ноября 1888. Москва. На днях была девушка, спрашивая (такой знакомый фальшивый вопрос!),-- что мне делать, чтоб быть полезной? И, разговорившись с ней, я сам себе уяснил: великое горе, от к[оторого] страдают милионы, это не столько то, что люди живут дурно, а то, что люди живут не по совести, не по своей совести. Люди возьмут себе за совесть чью-нибудь другую, высшую против своей, совесть (н[а]п[ример] Христову -- самое обыкновенное) и очевидно не в силах будучи жить по чужой совести, живут не по ней и не по своей, и живут без совести. Я барышню эту убеждал, чтобы она жила не по моей, чего она хотела, а по своей совести. А она, бедняжка, и не знает, есть ли у нее какая-нибудь своя совесть. Это великое зло. И самое нужное людям это выработать, выяснить себе свою совесть, а потом и жить по ней, а не так, как все -- выбрать себе за совесть совсем чужую, недоступную и потом жить без совести и лгать, лгать, лгать, чтобы иметь вид живущего по набранной чужой совести. Потому-то я, истинно, предпочитаю кутилу весельчака, нерассуждающего и отталкивающего всякие рассуждения, умствовател[ю], живущему по чужой совести, т. е. без нее. У первого может выработаться совесть, у второго никогда, до тех пор пока не вернется к состоянию первого. Всё не пишу -- нет потребности такой, к[оторая] притиснула бы к столу, а нарочно не могу. Состояние спокойствия -- того, что не делаю против совести -- дает тихую радость и готовность к смерти, т. е. жизнь всю. Вчера вечером сидел Е[вгений] Попов, ему 24 года, и он в том же состоянии, как и я. С женой тяжелые отношения, распутать к[оторые] может только смиренная жизнь, как узел только покорное следование всем клубком за ниткой. -24 Н. Начал писать письма Ге и Семенову -- не мог. Читал, ходил на Софийку. Да, утром хотел писать "Номер газеты". Уже давно эта мысль приходит мне: написать обзор одного номера с определением значения каждой статьи. Это б[ыло] б[ы] нечто ужасающее. Прошел пасажем -- страшно, как посещение сифилит[ической] больницы. Устал, после обеда задремал, читал St. Beuve, потом шил
Стр.1