Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 477168)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Почтовый дом в Шато-Тьерри

0   0
Первый авторСомов Орест Михайлович
Страниц8
ID10974
Кому рекомендованоРассказы путешественника
Сомов, О.М. Почтовый дом в Шато-Тьерри : Рассказ / О.М. Сомов .— 1827 .— 8 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Орест Михайлович Сомов. <...> Подъезжая к Шато-Тьерри, этот проворный и говорливый француз вообразил себе, что здесь-то ему и надобно было отличиться: захлопал бичом, погнал лошадей; а между тем поминутно оглядывался ко мне в коляску и рассказывал мне о достопамятностях городка Шато-Тьерри, о том, что он был родиной Лафонтеня (de ce bon Mr. de La Fontaine), о числе его жителей, о торговле хлебом и мельничными жерновами и пр. и пр. <...> Я оставил моего Терамена присматривать за поклажей и помогать почтальону кое-как приладить колесо, чтобы довезти коляску до Шато-Тьерри; а сам пошел вперед, ибо до городка было уже недалеко. <...> Я пришел прямо в почтовый дом и просил у содержателя почты позволения остаться тут до прибытия моей коляски. <...> Я остановился в безмолвном удивлении перед молодой женщиной, как бы очарованный сладостным выражением и тихим огнем этик больших голубых глаз. <...> - Не примите за неучтивость молчание жены моей или не припишите его недостатку воспитания либо ума, - сказал он голосом, выражавшим какое-то чувство нежного сострадания. <...> Признаюсь, я покушался уже дать волю врожденному моему любопытству и под благовидным предлогом самого искреннего соучастия выведать приключения жизни сей занимательной четы; уже я наскоро соображал мои планы нападения на чувствительную сторону души моего хозяина... <...> Если вам незнаком разговор на пальцах, изобретенный для глухонемых незабвенными нашими аббатами де л'Эпє и Сикаром, то аспидная доска и грифель к вашим услугам". <...> От нее не ускользнуло то искреннее, Душевное удовольствие, с каким вы забавляли нашего малютку: ибо эти существа, лишенные способности слышать речи других и сообщать свои мысли живым голосом, глухонемые, одарены взамен того отменною способностию читать в душе человека по выражению лица и глаз его. <...> Я подал доску глухонемой красавице; она бегло взглянула на нее <...>
Почтовый_дом_в_Шато-Тьерри.pdf
Орест Михайлович Сомов. Почтовый дом в Шато-Тьерри Из рассказов путешественника ---------------------------------------------------------------------------Изд.: Советская Россия, 1984 OCR: Андрей Колчин ---------------------------------------------------------------------------Дорожная моя коляска отличиться: захлопал оглядывался обещано было лишнее на водку. Подъезжая говорливый француз вообразил ко бичом, погнал изломалась, по себе, что к Шато-Тьерри, этот здесь-то ему Шато-Тьерри, о том, что он был родиной Лафонтеня (de взлетел как в мифологического милости почтальона, которому проворный и было и надобно мне в коляску и рассказывал мне о достопамятностях городка ce лошадей; а между тем поминутно bon Mr. de на колеснице. Я, впрочем, был La Fontaine), о числе его жителей, о торговле хлебом и мельничными жерновами и пр. и пр. В таких рассказах он без оглядки зацепился подобно колесом за каменные перилы - и ось затрещала и переломилась, Иполитовой героя и маленький мостик, счастливее Терамен, или просто русский служитель, отлетел в сторону и приладить колесо, чтобы довезти коляску сего успел вовремя выскочить из коляски; но верный мой немного ушибся. Нечего было делать. Я оставил моего Терамена присматривать за поклажей и помогать почтальону кое-как до Шато-Тьерри; а сам пошел вперед, ибо до городка было уже недалеко. Я пришел прямо в почтовый дом и просил у содержателя почты позволения остаться тут до прибытия моей коляски. Хозяин, высокий, статный мужчина лет тридцати пяти, с резкими, но довольно приятными чертами лица и огромными бакенбардами, принял меня с холодной вежливостью. На панталоны нем были куртка и мы нередко видим в Петербурге французских моряков, на купеческих голове круглая лакированная фуражка, щеголеватостью. Он сказал мне, что в доме его нет проезжих; но что он просит меня войти лет платье и с свежестью прислуживала. Другая улыбкой семейством. Я пошел за ним. В большой комнате, куда он ввел меня, сидел у семидесяти женщина, немногим себе надетая с в ясного трактира из бумажного канифаса с синими, узкими полосками - платье в каком судах; на воинской какою-то и комнат для и завтракал; молодая, пригожая девушка, в легком утреннем в лице и ее постарее, сидела на тюфяке, разостланном середи пола, и занималась каким-то рукодельем; подле нее играл ребенок, с небольшим году, здоровенький, полненький, прелестный, как ангел. На поклон мой все отвечали поклоном, и молодая женщина, сидевшая на полу, встала. Вообразите чертами лица отменно белого, с тонким, нежным румянцем в щеках, с высокую, стройную красавицу, с тонкими, нежными большими голубыми глазами! Фиолетовая кофта, ловко застегнутая поверх зеленой юбки, прекрасно обрисовывала легкий, воздушный стан красавицы; на голове цветной кисейный платок, повязанный a la Creole, был ей совершенно к лицу, которого оттенял он белизну и придавал какой-то блеск белокурым локонам, струившимся из-под сей наколки и я еще падавшим огнем этик больших вокруг более почувствовал ему молодой француженки всегда мне нравился своею незатейливою миловидностью; но здесь выведен голосом введшего меня хозяина, который в отрывистых словах какою-то недоверчивостию воспользоваться доверчивостию у хозяина, где того, чтобы пообедать на чужой счет или следующей Мысль о таком подозрении была монете, я спросил путешественников, не выпросить меня. И в самом деле, человек, пришедший бродяги, выдавая себя старались комнаты, занимаемые им и его стола почтенный майского утра, старик ему шеи. Этот утренний головной убор цену. Я остановился в безмолвном удивлении перед молодой женщиной, как бы очарованный сладостным выражением и тихим голубых глаз. Из этого минутного забытья был я знакомил меня с членами своего семейства. "Это отец мой, - сказал он, - это сестра, а это жена и сын мой". Мне показалось, что все они с смотрели изломанном, может быть небывалом экипаже, мог поселить некоторое на большой на пешком и объявляющий о своем подозрение столичной дороге, где, конечно, подобные явления нередки и где за порядочных хозяев, хотя по крайней мере для лошадь и кабриолет золото? и он отвечал мне, что охотно сам кармана взглянул на мне этим. Я вынул станции, с твердою решимостью найти способ не заплатить за них. мне досадна. Без всякой нужды начал > мог бы я разменять банковый билет на услужит в звонкой из мой бумажник, развернул, как бы нечаянно, лежавший в нем паспорт мой, засвидетельствованный российским посольством в Париже; засим медленно перебирать несколько банковых билетов в пятьсот и тысячу франков, подал один из них хозяину и просил его сделать мне обещанное бегло одолжение. Он билет, удостоверился в его подлинности и передал его раз, конечно, до
Стр.1