Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 482286)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Спевка

0   0
Первый авторСлепцов Василий Алексеевич
Страниц8
ID10662
Кому рекомендованоПовести и рассказы
Слепцов, В.А. Спевка : Рассказ / В.А. Слепцов .— 1862 .— 8 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Спевка Часов в шесть пополудни на квартире у регента собирались певчие. <...> Отерев предварительно сапоги о валявшуюся в сенях рогожку, входили они в переднюю, в которой помещался старый провалившийся диван, шкаф для платья и пузатый комод. <...> На полу и тут можно было нащупать нечто вроде рогожки, о которую певчие при входе обязаны были шмыгать ногами. <...> В дверях из передней в залу стоял сам регент [1], мужчина среднего роста, лет сорока, с выразительным лицом и стрижеными бакенбардами. <...> В зале, на столе, горела сальная свеча и довольно тускло освещала большую печь в углу, диван, фортепьяно с наваленными на нем нотами, комод красного дерева, несколько стульев и скрипку, висевшую на стене. <...> На другой стене видны были портрет митрополита Филарета, часы и манишка. <...> В зале было тесно, пахло сыростию и жуковым табаком, а когда кто-нибудь кашлял, то и резонансу оказывалось мало. входя в залу, певчие кланялись, сморкались кто во что горазд и молча садились на стулья. <...> Собирались они не вдруг, а по нескольку человек, и всякий раз, когда в сенях начиналось шмыгание, и сопение, регент спрашивал: - Ну, все, что ли? <...> - ДишкантА и альтА, не входите в залу; посидите там, пока ноги высохнут, - говорил регент, встречая вновь прибывшую толпу мальчишек. <...> Дискант и альт остались в передней и сейчас же начали возню. <...> Тенор и бас частию сидели в зале и сооружали самодельные папиросы, частию прохаживались по комнате и вполголоса разговаривали между собой. <...> В то же время, пока собирались певчие, происходила такая сцена. <...> Регент ходил по зале, взбивал себе хохол, потом останавливался у двери и отвечал скороговоркой: "Да-да-да", "хорошо-хорошо", "это так" и прочее. <...> Женщина, видневшаяся в полумраке из передней, слезливо посматривала на регента и покусилась было даже упасть ему в ноги, прося не оставить сына, но регент удержал ее, говоря, что он не бог. <...> Испитой, косоглазый мальчик, с вихрами на макушке, в пестром ситцевом халате и в женских башмаках, стоял у притолки <...>
Спевка.pdf
Стр.1
Спевка.pdf
Слепцов В.А. Спевка Часов в шесть пополудни на квартире у регента собирались певчие. Отерев предварительно сапоги о валявшуюся в сенях рогожку, входили они в переднюю, в которой помещался старый провалившийся диван, шкаф для платья и пузатый комод. По причине нагороженной мебели и происходившей оттого тесноты одежа сваливалась в кучу на диване и частию на комоде. На полу и тут можно было нащупать нечто вроде рогожки, о которую певчие при входе обязаны были шмыгать ногами. В дверях из передней в залу стоял сам регент [1], мужчина среднего роста, лет сорока, с выразительным лицом и стрижеными бакенбардами. Он стоял в халате, с трубкой в руках, и наблюдал за тем, чтоб сапоги у всех были достаточно вытерты. В зале, на столе, горела сальная свеча и довольно тускло освещала большую печь в углу, диван, фортепьяно с наваленными на нем нотами, комод красного дерева, несколько стульев и скрипку, висевшую на стене. На другой стене видны были портрет митрополита Филарета, часы и манишка. В зале было тесно, пахло сыростию и жуковым табаком, а когда кто-нибудь кашлял, то и резонансу оказывалось мало. входя в залу, певчие кланялись, сморкались кто во что горазд и молча садились на стулья. Собирались они не вдруг, а по нескольку человек, и всякий раз, когда в сенях начиналось шмыгание, и сопение, регент спрашивал: - Ну, все, что ли? Из темной передней слышался ответ: "Нет еще-с". - ДишкантА и альтА, не входите в залу; посидите там, пока ноги высохнут, - говорил регент, встречая вновь прибывшую толпу мальчишек. Дискант и альт остались в передней и сейчас же начали возню. Тенор и бас частию сидели в зале и сооружали самодельные папиросы, частию прохаживались по комнате и вполголоса разговаривали между собой. В то же время, пока собирались певчие, происходила такая сцена. В дверях стояла женщина в куцавейке, с большим платком на голове. Она привела сына, мальчика лет четырнадцати, и просила принять его в число певчих. Регент ходил по зале, взбивал себе хохол, потом останавливался у двери и отвечал скороговоркой: "Да-да-да", "хорошо-хорошо", "это так" и прочее. Шли переговоры о цене. Регент колебался: принять певчего или нет, и утверждал, что мальчик очень стар. Женщина, видневшаяся в полумраке из передней, слезливо посматривала на регента и покусилась было даже упасть ему в ноги, прося не оставить сына, но регент удержал ее, говоря, что он не бог. Испитой, косоглазый мальчик, с вихрами на макушке, в пестром ситцевом халате и в женских башмаках, стоял у притолки и, время от времени потягивая носом, посматривал исподлобья на дискантов, которые, со своей стороны, пользуясь темнотой, начали уже его задирать, дергая исподтишка за халат. - Будьте отцом-благодетелем! - умоляла женщина. - Мальчик он смирный и в ноте тверд, а пуще всего, страх знает. У Пал Федотыча, сами изволите знать, тоже и воды принести, и дров наколоть, печку истопить - всё мальчики. Это он может. - Долго ли он жил у Пал-то Федотыча? - Год целый жил. Я было его к Калашникову еще малюточкой по десятому годочку отдала, да Палто Федотыч уж очень просил, зачал меня сбивать: отдай да отдай ко мне! Сманил от Калашникова, а на конец того, вот те здравствуй! Голову ему и прошиб. - Как же так? - Пьяный, известно. Да уж что и говорить. Такое-то тиранство, такое... сами извольте понять. Робенок: где и пошалить, где что; а у него один разговор: чем ни попало по голове, особливо как ежели грешным делом запьет. Опять сейчас с женой поругался - хлоп! В карты зачал играть, проиграется - хлоп! Будьте ему заместо отца, батюшка, Иван Степаныч! Отцы вы наши сиротские! Не оставьте! - и женщина опять было собралась бухнуться в ноги. - Полно, полно, - остановил ее регент. - А вот мы посмотрим, как он знает пение. Войди сюда! Как тебя звать-то? - Митрием, - откашливаясь, сказал мальчик и, не без робости ступая своими грязными башмаками, вошел в залу. Регент сел за фортепьяно. - Ноты знаешь? - Знаю. - Это какая нота? Мальчик поморщил брови и, поглядев боком на клавиши, сказал: си. - Врешь, фа. А это какая? Мальчик подумал-подумал и сказал: до. - Врешь, си. Ну да все равно. Пой! А-минь.
Стр.1