Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 499687)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента
"Уважаемые СТУДЕНТЫ и СОТРУДНИКИ ВУЗов, использующие нашу ЭБС. Рекомендуем использовать новую версию сайта."

Несколько объяснительных слов от издателя

0   0
Первый авторПогодин Михаил Петрович
Страниц4
ID9371
Аннотация"О замечаниях Н. С. Арцыбашева на ""Историю государства Российского"" Н. М. Карамзина. (В сокращении)"
Кому рекомендованоКритика
Погодин, М.П. Несколько объяснительных слов от издателя : Статья / М.П. Погодин .— 1828 .— 4 с. — Критика

Предпросмотр (выдержки из произведения)

М. П. ПОГОДИН Несколько объяснительных слов от издателя Карамзин: pro et contra / Сост., вступ. ст. <...> Помещение замечаний г-на Арцыбышева на Историю государства Российского составляло в Москве общий предмет разговора даже и не между литераторами. <...> Журналист, хотя бы он лично и не принимал участия в таком деле, занимающем публику, должен сказать о нем свое мнение, и я предлагаю читателям еще несколько слов в дополнение к сказанному. <...> В объявлении о "М<осковском> Вестнике" на 1828-й год обещаны были публике замечания на Историю государства Российского. <...> Я предполагал тогда помещать свои; {О влиянии норманнов на Россию, -- взгляд на первый период российской истории -- о сказках, которыми он обезображен, -- об основании Российского государства сравнительно с другими европейскими государствами, -- разбор первой главы Истории государства Российского, -- о предисловии, -- о древнем Новгороде и проч.} но после, получив надежду заниматься российской историей в Академии наук при г. Круге, знаменитом обширною своею ученостию по сей части, я решился удержать их, чтоб после представить в виде совершеннейшем. <...> -- Между тем мне должно было исполнить свое обещание перед публикою, и я обратился с просьбою к г. Арцыбышеву, которого многолетние труды и сведения известны всякому просвещенному любителю русской истории из разных статей, напечатанных им в журналах. <...> -- Тон рецензента мне не нравился, но я объяснял себе это явление не так, как большинство в нашей публике. <...> Исследователь, смотрящий на историю преимущественно с критической точки, почти не может уже обращать равного внимания на другие ее свойства, и потому естественно должен говорить о ней иначе, нежели, например, светский человек, который ищет в ней только занимательного чтения, которому все равно, здесь ли должна стоять запятая в летописи или там, -- в пятидесятом ли году случилось происшествие или в пятисотом, -- Иоанн ли был главным актером или Иоанникий. <...> И мало сколько посторонних <...>
Несколько_объяснительных_слов_от_издателя.pdf
М. П. ПОГОДИН Несколько объяснительных слов от издателя Карамзин: pro et contra / Сост., вступ. ст. Л. А. Сапченко. -- СПб.: РХГА, 2006. OCR Бычков М.Н. Помещение замечаний г-на Арцыбышева на Историю государства Российского составляло в Москве общий предмет разговора даже и не между литераторами. Журналист, хотя бы он лично и не принимал участия в таком деле, занимающем публику, должен сказать о нем свое мнение, и я предлагаю читателям еще несколько слов в дополнение к сказанному. В объявлении о "М<осковском> Вестнике" на 1828-й год обещаны были публике замечания на Историю государства Российского. Я предполагал тогда помещать свои; {О влиянии норманнов на Россию, -- взгляд на первый период российской истории -- о сказках, которыми он обезображен, -- об основании Российского государства сравнительно с другими европейскими государствами, -- разбор первой главы Истории государства Российского, -- о предисловии, -- о древнем Новгороде и проч.} но после, получив надежду заниматься российской историей в Академии наук при г. Круге, знаменитом обширною своею ученостию по сей части, я решился удержать их, чтоб после представить в виде совершеннейшем. -- Между тем мне должно было исполнить свое обещание перед публикою, и я обратился с просьбою к г. Арцыбышеву, которого многолетние труды и сведения известны всякому просвещенному любителю русской истории из разных статей, напечатанных им в журналах. -- От него я имел честь получить напечатанные мною в No 19, 20, 21, 22, 23 и 24 как начало, за которым последует продолжение, еще нигде не напечатанное. -- Тон рецензента мне не нравился, но я объяснял себе это явление не так, как большинство в нашей публике. Исследователь, смотрящий на историю преимущественно с критической точки, почти не может уже обращать равного внимания на другие ее свойства, и потому естественно должен говорить о ней иначе, нежели, например, светский человек, который ищет в ней только занимательного чтения, которому все равно, здесь ли должна стоять запятая в летописи или там, -- в пятидесятом ли году случилось происшествие или в пятисотом, -- Иоанн ли был главным актером или Иоанникий. Безделица раздражает такого исследователя, и такое раздражение напечатлевается даже и против воли -- в его замечания. И мало сколько посторонних обстоятельств могут иметь влияние на образ писания {В европейской литературе множество тому найдете вы примеров...}. По сему соображению я думал, что публика -- противное ей в замечаниях г. Арцыбышева спокойно подведет хоть под категорию, что нет ничего на свете совершенного, а справедливое примет с благодарностию, -- наконец, что сии замечания подадут повод к рассуждениям pro и contra, от которых наука необходимо должна выиграть, которыми хоть сколько-нибудь определится достоинство Истории Карамзина, в продолжение двенадцати лет неопределенное, к стыду современной русской литературы, несмотря на громкие, но порожние клики безусловных почитателей. Я думал так, но на деле вышло не иначе: большинство голосов между читателями осудило меня за помещение. С одной стороны, для меня это было приятно, ибо я увидел, что есть еще у нас и литературные, ученые дела, в которых может принимать живое, собирательное участие холодная публика; с другой -- напротив, и я в ответе моем на письмо представителя некоторых читателей, г-на Z., старался показать, с каких точек сам смотрю на Историю государства Российского и, следовательно, почему считаю за полезное помещать замечания г-на Арцыбышева и других. -- Для меня как для журналиста казалось постыдным стоять за углом при рассуждениях о таком деле, и я хотел принимать и на себя удары, направленные на г-на Арцыбышева, кроме одного отношения, о котором объяснился предварительно. -- Я очень чувствовал, что становлюсь в весьма невыгодное положение пред недобросовестными оппонентами, произнося несколько отрывочных мыслей, как бы мимоходом, о важном творении; но надеялся, что они, хоть вследствие моей оговорки {В начале: "До сих пор не осмелился произвести полного своего суждения об И<стории> Г<осударства> Р<оссийского>, давая время зреть моим мыслям, стараясь обогащаться опытом" и проч. и в конце: "никак не решился бы я, если" и проч.}, не перетолкуют их в дурную сторону. Кажется, было очевидно, что "не осмеливавшись доселе произнести полного суждения", я тем более не произнес бы одних результатов, "если бы не вынужден был обстоятельствами". Однако ж этого не поняли или не хотели понять {Не говорю уже о том, что мне и в голову не могли прийти злонамеренные обвинения в неуважении к Карамзину после того, как всегда упоминаемо в
Стр.1