Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 483632)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Петербургский фельетонист

0   0
Первый авторПанаев Иван Иванович
Страниц10
ID9059
Кому рекомендованоПублицистика
Панаев, И.И. Петербургский фельетонист : Очерк / И.И. Панаев .— 1841 .— 10 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

ПЕТЕРБУРГСКИЙ ФЕЛЬЕТОНИСТ Я сам по примеру твоему, душа Тряпичкин, хочу заняться литературой. <...> История детства будущего фельетониста - история детства многих из средних дворян. <...> Попечительные и нежные родители, как водится, пичкают в него булки и пряники с утра до ночи. <...> Попечительные и нежные родители (у которых от 200 осталось только 45 заложенных и перезаложенных душ) находят неприличным держать его долее дома и отсылают в Москву в пансион. <...> Будущий фельетонист вскрикивает от испуга, с ожесточением бросается на товарища; но тот одним толчком обезоруживает бессильного поэта и убегает от него с своим приобретением... <...> Он надевает очки, зевает в лекциях, робко подглядывает под шляпки, насвистывает водевильные куплетцы и грезит о будущей литературной славе своей, переводя между тем, для собственного удовольствия, разные мелкие повести и стишки из французских журналов. <...> С трудом отрывается он от книжки - и возвращается домой, с неописанным восторгом, напевая водевильный куплетец. <...> Бедный фельетонист, - в сию минуту жалкое орудие презренной воли своего барина, какого-нибудь торгаша-газетчика или журналиста, комок грязи в предательской руке его! <...> Он круглый сирота - он вольная птица и наследник 45 заложенных и перезаложенных душ. <...> Родители его ищут, он в иных домах получает уже по десяти рублей за час! <...> Вот отрывок из письма, которое автор "Теории и практики", будущий петербургский фельетонист, получил от одного петербургского действительного фельетониста - своего друга. <...> Да, Петя, ваша Москва деревня в сравнении с нашим Петербургом... <...> Что, кончил ли ты свой водевильчик, который читал мне прошлого года, в последний приезд мой в Москву? <...> II Вот что пишет герой мой к другу своему, петербургскому фельетонисту: "Дело решено, душа моя, я еду в Петербург. <...> В этих водевилях, я тебе скажу по совести, есть куплетцы презабористые <...>
Петербургский_фельетонист.pdf
ПЕТЕРБУРГСКИЙ ФЕЛЬЕТОНИСТ Я сам по примеру твоему, душа Тряпичкин, хочу заняться литературой. Скучно, брат, так жить, хочешь наконец пищи для души. Вижу: точно, надо чем-нибудь высоким заняться... Ревизор. История детства будущего фельетониста - история детства многих из средних дворян. Попечительные и нежные родители, как водится, пичкают в него булки и пряники с утра до ночи. Аппетит у дитяти изрядный, потому что он целый день в движении, целый день бегает по двору да гоняет кнутом дворовых мальчишек, огрызаясь с бабами и лакеями. Между тем он кое-чему и учится - и даже зубрит (употребляя школьное выражение) французские вокабулы. Лет в двенадцать он уже достаточно вытянулся. Попечительные и нежные родители (у которых от 200 осталось только 45 заложенных и перезаложенных душ) находят неприличным держать его долее дома и отсылают в Москву в пансион. В пансионе его учат всему понемножку и ничему не выучивают; однако лет в пятнадцать он переводит с французского на русский довольно сносно и начинает чувствовать страстишку к чтению. На школьной лавке, потихоньку от гувернеров и учителей, перечитывает он все романы (в переводах) от г-ж Котень и Жанлис до Вальтера Скотта включительно. Эти романы возбуждают в нем неопределенное и тревожное желание самому сделаться сочинителем. Учитель словесности - педант-семинарист - своими похвалами еще более раздражает в нем это желание. И герой мой в свободные от лекций часы сидит в углу классной комнаты и там на лоскутках бумаги все пишет и написанное тщательно прячет от всех. Однажды, когда он сидит над лоскутком, грызет перо, качает головой и бормочет чтото сквозь зубы, один из его товарищей ловко подкрадывается к нему и уносит его заветный лоскуток с стишками... Будущий фельетонист вскрикивает от испуга, с ожесточением бросается на товарища; но тот одним толчком обезоруживает бессильного поэта и убегает от него с своим приобретением... Через две минуты весь пансион окружает сочинителя. "У! у! сочинитель! сочинитель!" - кричат мальчишки, дразня его языком, смеясь и прыгая около него. С тех пор ему не дают покоя; но, несмотря на преследование товарищей, охота писать не оставляет его. Он постоянно пачкает бумагу или читает разрозненные томы русских журналов. Наконец ожесточение против него товарищей мало-помалу прекращается: они, смеясь над ним, не шутя приучаются к мысли, что он сочинитель. И бедняжка (ему почти семнадцать лет) несколько ободряется: он, в подражание тем журналам, которые читал, хочет и сам издавать журнал для своего класса. Он покупает для будущего журнала прекрасную тетрадку, две недели расписывает заглавный лист, две недели разрисовывает виньетку. Когда же и заглавный лист и виньетка окончены, он начинает думать о содержании своего журнала, пишет для него и стишки, и повести, и критики... Стишки и повести немного затрудняют его. "Подбирать рифмы не легко, выдумывать сюжетцы для повестей также трудновато, - думает он, - критика легче, а может быть, она мое "истинное призвание" (эту фразу он - плут - вычитал в журнале). Критика?.. Что, если я буду когда-нибудь настоящим сочинителем? Кажется, можно сойти с ума от радости, видя в печати свои сочинения!.." И, отдаваясь этим соблазнительным мечтам, он - тихий и скромный мальчик - аккуратно и красиво переписывает свои сочинения в тетрадку. Проходят два месяца: вся тетрадка исписана, журнал готов, он уже переходит из рук в руки. Страшная минута для издателя!.. У него замирает дух. Чем-то решится его участь?.. Но над ним уже не смеются, его читают, его даже немножко похваливают... Весело быть сочинителем! Скоро затворническая жизнь его кончится; из мальчика он делается молодым человеком и держит экзамен в университет. Он уже студент! Он вместо отложных воротничков носит галстук; он без провожатого ходит по московским улицам и бульварам; он после лекций забегает в лавку Пера съесть пирожок. Перспектива жизни открывается перед ним: сколько соблазнов! Театр, слоеные пирожки, хорошенькие девушки, вино и журнальные статейки... Молодой человек, помаленьку пользуясь жизнию, переходит во второй курс; физиономия его принимает более серьезное выражение. Он надевает очки, зевает в лекциях, робко подглядывает под шляпки, насвистывает водевильные куплетцы и грезит о будущей литературной славе своей, переводя между тем, для собственного удовольствия, разные
Стр.1