Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 497733)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента
"Уважаемые СТУДЕНТЫ и СОТРУДНИКИ ВУЗов, использующие нашу ЭБС. Рекомендуем использовать новую версию сайта."

Как мы торговали

0   0
Первый авторОсоргин Михаил Андреевич
Страниц3
ID8930
Кому рекомендованоПроза
Осоргин, М.А. Как мы торговали : Рассказ / М.А. Осоргин .— 1928 .— 3 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Михаил Андреевич Осоргин Как мы торговали Предисловие и подготовка текста С. Шумихина <...> Всегда с удовольствием и особой нежностью вспоминаю время, когда я стоял за прилавком Книжной лавки писателей в Москве. <...> В девять часов утра лавку отпирала фигура в валенках и барашковой шапке, молодой историк литературы и популярный, особенно у слушательниц, лектор Борис Грифцов; иногда раньше успевала прийти наша кассирша Е. Дилевская <...> , обладательница прекрасного сопрано, будущая артистка, едва не потерявшая голос за морозным прилавком. <...> Чередуясь дежурствами, являлись Борис Зайцев и философ Ник. <...> Неизменно весь день проводили в лавке нынешний хороший советский писатель Ал. <...> Таков был наиболее постоянный состав пайщиков; еще трое из учредителей пробыли у нас недолго (отличный книговед М. В. Линд, искусствовед П. П. Муратов - ныне неблагополучно отбывший на Дальний Восток, и поэт В. Ф. Ходасевич). <...> Вели дела, главным образом, мы с Грифцовым, который жил у меня в Чернышевском переулке, почти рядом с лавкой (она была в Леонтьевском, потом на Большой Никитской): общий распорядок, закупка книг, расценка, касса, колка дров, растопка печурки, работа на складе. <...> По части перевозки книг на санках вне упрека был милейший Яковлев. <...> Обласкать покупателя и составить каталог фундаментальной университетской библиотеки никто не умел так, как "историк Возрождения" Дживелегов. <...> Все качества деловой неосведомленности и купеческой бесталанности соединял в себе Борис Зайцев, ведавший отделом беллетристики; конкуренцию ему в этом отношении составлял Н. Бердяев <...> , очень серьезно относившийся к делу, но ни разу не завязавший веревкой пакета правильно. <...> Но зато по отделу книг философских было некому с ним сравняться! <...> Вы хотите на немецком или на русском языке? <...> Хуже других издание Клюкина - и перевод плохой, и подбор материала. <...> Покупатель слушает с почтением, философ излагает с полным знанием <...>
Как_мы_торговали.pdf
Михаил Андреевич Осоргин Как мы торговали Предисловие и подготовка текста С.Шумихина "Наше наследие", 1989, No 6 OCR Бычков М. Н. Всегда с удовольствием и особой нежностью вспоминаю время, когда я стоял за прилавком Книжной лавки писателей в Москве. Пятнадцать лет истекло со дня ее основания; я писал о ней довольно подробно в библиофильском "Временнике", - здесь хочется вспомнить о нас самих, нечаянных хозяевахприказчиках. В девять часов утра лавку отпирала фигура в валенках и барашковой шапке, молодой историк литературы и популярный, особенно у слушательниц, лектор Борис Грифцов; иногда раньше успевала прийти наша кассирша Е. Дилевская, обладательница прекрасного сопрано, будущая артистка, едва не потерявшая голос за морозным прилавком. Чередуясь дежурствами, являлись Борис Зайцев и философ Ник. Ал. Бердяев. Неизменно весь день проводили в лавке нынешний хороший советский писатель Ал. Ст. Яковлев и я. Мотыльком залетал и на часы застревал проф. Ал. Карп. Дживелегов, один из лучших наших "приказчиков". Таков был наиболее постоянный состав пайщиков; еще трое из учредителей пробыли у нас недолго (отличный книговед М. В. Линд, искусствовед П. П. Муратов - ныне неблагополучно отбывший на Дальний Восток, и поэт В. Ф. Ходасевич). Вели дела, главным образом, мы с Грифцовым, который жил у меня в Чернышевском переулке, почти рядом с лавкой (она была в Леонтьевском, потом на Большой Никитской): общий распорядок, закупка книг, расценка, касса, колка дров, растопка печурки, работа на складе. По части перевозки книг на санках вне упрека был милейший Яковлев. Обласкать покупателя и составить каталог фундаментальной университетской библиотеки никто не умел так, как "историк Возрождения" Дживелегов. Все качества деловой неосведомленности и купеческой бесталанности соединял в себе Борис Зайцев, ведавший отделом беллетристики; конкуренцию ему в этом отношении составлял Н. Бердяев, очень серьезно относившийся к делу, но ни разу не завязавший веревкой пакета правильно. Но зато по отделу книг философских было некому с ним сравняться! - Есть у вас сочинения Ницше? - спрашивал покупатель. - А вот, пожалуйста, обратитесь к профессору Бердяеву. Момент кипучей торговой деятельности Николая Александровича! - Вам Ницше? Вы хотите на немецком или на русском языке? - Лучше по-русски. - Русских изданий Ницше несколько. Хуже других издание Клюкина - и перевод плохой, и подбор материала. - Я хотел бы издание хорошее. - Есть и другие издания, но тоже с недостатками. Следует подробное исследование русских изданий Ницше. Покупатель слушает с почтением, философ излагает с полным знанием дела и желанием помочь покупателю в выборе. Наконец, выбор сделан и Николай Александрович говорит: - К сожалению, этого издания у нас нет. - Ну, тогда я возьму другое, ничего не поделаешь. - Да, это очень обидно, но сейчас такое время... - Вы можете мне показать? - Что? - Какое-нибудь издание Ницше. - Но вы хотите непременно русское? - Мне хотелось бы русское. - Но у нас русских изданий сейчас нет. - Совсем нет? И даже клюкинского? - И его нет. Но это издание плохое!
Стр.1