Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 476971)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Капитан Гаттерас

0   0
Первый авторЛукаш Иван Созонтович
Страниц5
ID8901
Кому рекомендованоПроза
Лукаш, И.С. Капитан Гаттерас : Рассказ / И.С. Лукаш .— 1924 .— 5 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Иван Лукаш Капитан Гаттерас Разсказ Все вранье... <...> А Митрушкин повел увлажненными глазами и ответил улыбаясь нежно и грустно - Африка... <...> Воротничек - монополь режет до красноты шею, желудок от крутого яйца тугой, и так уныло и так кисло пахнет от рук, от пиджака, от жилетки, что только и остается лечь на жесткий диван... <...> Или хотя бы тем цирковым капельдинером, в кирпичнаго цвета фраке с золотым позументом, что проворно раскатывает на песчаной арене золотой ковер и весело получает пощечины. <...> Только акробаты, жонглеры и статный, обрюзглый и лысый музыкальный клоун Жомпон, с лицом, измазанным мелом, в просторных с блестками штанах с улыбающимся золотым солнцем сзади, - были необыкновенными людьми в городе... <...> Молча со стиснутыми зубами, он любил Эллу Гарсиа. <...> За один всего месяц, пока была Элла Гарсиа в городе, он истратил на раек 17 рублей 38 копеек. <...> И любовью его была Элла Гарсиа, испанка, что вертелась в огненном колесе, под холщевым куполом цирка. <...> Облитая красным трико, легкая, гибкая с прозрачными крыльями из чернаго кружева за спиной - Элла Гарсиа, птица, любовь... <...> Огненное колесо, шумно шипя, сверкая, осыпая алые и зеленые бенгальские огни вертелось под куполом... <...> На последние семь рублей, когда уезжал цирк из города, купил Митрушкин цветов, очень странных, каких то губастых и ноздреватых, вязких, как оранжевое тесто. <...> От цветов у него сладко закружилась голова. <...> Горничная ея", подумал он и потянул на дощатой двери крючок. <...> Элла Гарсиа, придерживая у жестких и черных волос, длинные щипцы, завивалась. <...> Жомпон, Жомпон, с улыбающимся золотым солнцем сзади, - всего Николаша, Элла Гарсиа говорит сиповато, понятно, по русски. <...> И когда в городе на телеграфных столбах и на заборах, увидал он новыя афиши, саженныя, с огромными красносиними буквами Капитан Гаттерас Всемирно-известный Воздухоплаватель. <...> Был там поставлен дощатый забор, и Митрушкина скрытно волновала надпись на дверках <...>
Капитан_Гаттерас.pdf
Иван Лукаш Капитан Гаттерас Разсказ Все вранье... Все вранье, что пишут в газетах, трезвонят в стихах и что мелькает в кинематографе: все эти прыжки в пропасть, бегство из подземелий, танцующие скелеты, внезапные наследства, избиения сотен бандитов, благодетельные графы, красота, любовь - все чепуха, какой на свете не бывает... Петр Карлович Митрушкин служил в кассе Газового Общества, на должности второго кассира по приему квитанций в уплату по третям. Сидел за мелкой проволочной сеткой. Лицом был одутловат, под глазами имел сонные мешки. Носил мешковатый пиджак в клетку и галстух папильоном. Единственно достопримечательным в нем было - отчество Карлович. Он сам не знал почему звали поконаго отца немецкой кличкой. Третий в газовой кассе кассир, шепелявый стрикашка, с голым черепом в черных крапинках, - точно мухи сидели, - и даже директор, сухожилистый немец в золотом pince-nez и с очень светлыми золотыми пломбами на гнилых зубах, - считали долгом трунить над его отчеством - Карлович. Всякий раз директор морщил нос и делал лицо, изумленное до идиотизма: - Петр... - и превращался в идиота и жевал губами - - Карлович.Wunderschon. Такой рюсски шеловек и - здрасте - Карлович. А третий кассир, старикашка, ковырял ногтем мушинный посев на своем желтом биллиардном шаре и щурился от смеха. - Тут, Готлиб Францевич, - не иначе, как роман.Может быть Митрушкин только так, для блезира. А на самом деле он какой принец дармштадский, Каролинг... Извольте почувствовать: Карлович. Сухожилистый Готлиб Францевичсмеялся напыжась и тоненько. Митрушкин уже давно перестал обижаться. Привык. Он знал, что, конечно, никакого романа, никакого принца не было. Он помнил мать, старую портниху. Тогда жили они на Колточихе, на заднем дворе, в этаже подвальном. На окне, помнит он, были наклеены раздвинутыя ножницы, вырезанныя из газетной бумаги и квадратный листок с чернильными буквами: "Здесь шьются платье, а также мастер венских гармоний". Мать была очень старая: у нея болели глаза, слезились, обведенные красной каймой. Она все утирала их чистой тряпочкой. А отца он не помнит, но мать говорила, что он негодяй, выделывал меха для гармоний и трактирных оркестрионов и в трактире от винища погиб... А что касается принцов, романов, приключений на суше и на море - так их вовсе не бывает на свете. Вранье все... Вот пишут о благородных графьях, как они спасают от нищеты бедных, но прекрасных девиц. В их городе графьев, правда, не было, но агент по сбору похоронных объявлений, - был из благородных, дворянин и на визитной карточке у него отпечатана коронка, а фамилию он носил звонкую - Панцержинский. А по голой же природе своей, кроме коронки и дворянства, был так себе голячок, рыжеусый, на таракана похож. Так этот Панцержинский так спас одну бедную, но прекрасную девицу, накрашенную модистку с Губернского проспекта, что она его, благородного дворянина, серной кислотой с головы до ног облила, из банки, какия за окно в вату ставят. Так и все на свете, если по настоящему, а не по романам. Особенно не любил Митрушкин стихов. Стихи оскорбляли его глубоко и сильно. Если бы дали ему государственную власть, например, министра какого или хотя бы полицмейстера, он первым бы делом приказал всех стихотворцев перевешать. И обязательно за ноги: не ври, не тревожь, не обманывай... А может быть никакого обмана и нет, может быть есть где то на свете жизнь настоящая, о какой пишут в романах, какая мелькает в кинемо... До тридцати лет, сидя за сетчатым окошком кассы, Митрушкин мечтал до увлажнения глаз, до нежной бледности, до чуткого дрожания губ - об Африке, прериях, странах невероятных, Андалузии, Гваделупе, Новой Гвинеи. Где эти страны он, впрочем, точно не знал... - У вас просчет по квитанции 74 копейки - окликнул его как то Готлиб Францевич. А Митрушкин повел увлажненными глазами и ответил улыбаясь нежно и грустно - - Африка... Прерии-с.Жарко.
Стр.1