Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 483620)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Катаклизма

0   0
Первый авторНикандров Николай Никандрович
Страниц8
ID8676
Кому рекомендованоРассказы
Никандров, Н.Н. Катаклизма : Рассказ / Н.Н. Никандров .— 1917 .— 8 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Николай Никандров КАТАКЛИЗМА Рассказ Источник: Никандров. <...> В начале бульвара, в десяти шагах от входа, очень высоко, выше фонарных столбов, выше деревьев, на фоне чистого синего неба, резко вырисовывается черный как уголь памятник -колоссальный, сужающийся кверху гранитный пьедестал, и на нем в известной классической "пушкинской" позе фигура Пушкина во весь рост, раза в три больше натуральной величины, в старомодной длиннополой плечистой накидке, с широким бантом под подбородком, с толстыми колбасовидными бакенбардами на щеках, с обнаженной на ветру курчавой головой и наклоненным вниз пристально-думающим лицом. <...> Со стороны Страстной площади на неподвижный памятник все время напирает, точно силится спихнуть его с места, многотысячная толпа, вся с перекошенными от натуги лицами, с устремленными на Пушкина жаждущими глазами. <...> Стрелка часов на красной колокольне древнего Страстного монастыря показывает начало пятого, и весеннее, мирно пригревающее солнышко кладет на лица толпы с западной стороны веселые золотые блики, а с восточной -- черные, грустные, уже предвечерние тени. <...> Идет никогда и нигде не виданный митинг, самочинный, народный, бог знает кем и когда начатый: вчера ли, позавчера, неделю или месяц тому назад. <...> Люди плотной, как гранит, массой сжимают со всех сторон гранитный памятник -вот-вот готовые поднять его как пушинку на воздух -- и чутко внимающими лицами ловят каждое слово ораторов, лидеров всех существующих политических партий. <...> Лидеры поодиночке один за другим вырастают на высоком пьедестале рядом с фигурой Пушкина -- все карлики по сравнению с поэтом, все ему по колена -- и суетливыми, охрипшими от крика голосами развертывают тут перед Москвой программы своих партий, яростно состязаются в знаниях, в красноречии, в смелости... <...> А нередко, по окончании лидером речи, из толпы несутся к нему вопросы: -- Товарищ оратор, а у вас нет точных <...>
Катаклизма.pdf
Николай Никандров КАТАКЛИЗМА Рассказ Источник: Никандров. Н. Н. Путь к женщине. Роман, повести, рассказы. Сост. И коммент. М. В. Михайловой; Вступ. ст. М. В. Михайловой, Е. В. Красиковой. - СПб.: РХГИ 2004 - 508 с. OCR: В. Есаулов, ноябрь 2008 г. Центр Москвы. Многоугольная, неправильной формы площадь -- Страстная, протянувшая от себя во все стороны, как лапы осьминога, длинные коленчатые улицы, щетинистые бульвары. В одном углу площади широкий, свободный от зданий просвет -- вход на Тверской бульвар, всегда самый людный в Москве. В начале бульвара, в десяти шагах от входа, очень высоко, выше фонарных столбов, выше деревьев, на фоне чистого синего неба, резко вырисовывается черный как уголь памятник -колоссальный, сужающийся кверху гранитный пьедестал, и на нем в известной классической "пушкинской" позе фигура Пушкина во весь рост, раза в три больше натуральной величины, в старомодной длиннополой плечистой накидке, с широким бантом под подбородком, с толстыми колбасовидными бакенбардами на щеках, с обнаженной на ветру курчавой головой и наклоненным вниз пристально-думающим лицом. Со стороны Страстной площади на неподвижный памятник все время напирает, точно силится спихнуть его с места, многотысячная толпа, вся с перекошенными от натуги лицами, с устремленными на Пушкина жаждущими глазами. Стрелка часов на красной колокольне древнего Страстного монастыря показывает начало пятого, и весеннее, мирно пригревающее солнышко кладет на лица толпы с западной стороны веселые золотые блики, а с восточной -- черные, грустные, уже предвечерние тени. Идет никогда и нигде не виданный митинг, самочинный, народный, бог знает кем и когда начатый: вчера ли, позавчера, неделю или месяц тому назад. И в течение всего этого времени, с момента февральской революции, здесь, на площади, под открытым небом, перед памятником -- как когда-то в церквах в Страстную неделю перед плащаницей -- и дни и ночи непрерывно пронизывают друг друга два встречных людских течения: одни, со свежими силами и торжественными лицами, только еще подходят к Пушкину, а другие, уже утомившиеся стоять, отходят от Пушкина. Люди плотной, как гранит, массой сжимают со всех сторон гранитный памятник -вот-вот готовые поднять его как пушинку на воздух -- и чутко внимающими лицами ловят каждое слово ораторов, лидеров всех существующих политических партий. Лидеры поодиночке один за другим вырастают на высоком пьедестале рядом с фигурой Пушкина -- все карлики по сравнению с поэтом, все ему по колена -- и суетливыми, охрипшими от крика голосами развертывают тут перед Москвой программы своих партий, яростно состязаются в знаниях, в красноречии, в смелости... -- ...Аннексия!.. Федерализм!.. Мажоритарный!.. -- то и дело возносятся вверх, выше головы Пушкина, вылетающие из их распяленных ртов энергичные, хлесткие, эффектные на вид слова. -...Империализм!.. Квалификация!.. Референдум!.. Реванш!.. Абсентеизм!.. Абстрактно!.. Конфедерация!.. Маразм!.. Синекура!.. Секуляризация!.. Агрессивный!.. Конфликт!.. Центробежно!.. Анахронизм!.. Предпосылка!.. Дуализм!.. Laissez-passer... Диалектический!.. Периферия!.. Квиетизм!.. Сакраментальный!.. Катаклизма!.. Товарищи, рабочие и крестьяне, правильно я говорю? Народ, пораженный неслыханной плавностью и, главное, безостановочностью речей ораторов, одинаково влюбленными глазами глядит на каждого из них и с одинаковым жаром души отвечает: -- Правильно!.. Правильно!.. И потом негромко переговариваются между собой: -- Почти что два часа говорил и ни разу нигде не задумался, не споткнулся! А нередко, по окончании лидером речи, из толпы несутся к нему вопросы: -- Товарищ оратор, а у вас нет точных цифр, сколько в России женатых? Оратор вонзает в небо глаза и без запинки, по-военному выпаливает: -- Тридцать два миллиона семьсот девяносто одна тысяча четыреста шестьдесят три! -- А сколько ежегодно рублей прокуривается нашим народом на табак? --Шестнадцать миллионов девятьсот тридцать пять тысяч восемьсот семьдесят два рубля тридцать
Стр.1