Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 495602)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента
"Уважаемые СТУДЕНТЫ и СОТРУДНИКИ ВУЗов, использующие нашу ЭБС. Рекомендуем использовать новую версию сайта."

Выбранные места из переписки с друзьями

0   0
Первый авторГоголь Николай Васильевич
Страниц62
ID5006
Кому рекомендованоКритика и публицистика
Гоголь, Н.В. Выбранные места из переписки с друзьями : Очерк / Н.В. Гоголь .— 1847 .— 62 с. — Публицистика

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Собравши остаток сил своих и воспользовавшись первой минутой полной трезвости моего ума, я написал духовное завещание, в котором, между прочим, возлагаю обязанность на друзей моих издать, после моей смерти, некоторые из моих писем. <...> Мне хотелось хотя сим искупить бесполезность всего, доселе мною напечатанного, потому что в письмах моих, по признанию тех, к которым они были писаны, находится более нужного для человека, нежели в моих сочинениях. <...> Я думаю так не потому, чтобы имел высокое о себе понятие и надеялся на уменье свое быть полезным, но потому, что никогда еще доселе не питал такого сильного желанья быть полезным. <...> Будучи в жизни своей свидетелем многих печальных событий от нашей неразумной торопливости во всех делах, даже и в таком, как погребение, я возвещаю это здесь в самом начале моего завещания, в надежде, что, может быть, посмертный голос мой напомнит вообще об осмотрительности. <...> Клянусь: я не сочинял и не выдумывал ее, она выпелась сама собою из души, которую воспитал сам бог испытаньями и горем, а звуки ее взялись из сокровенных сил нашей русской породы нам общей, по которой я близкий родственник вам всем * *"Прощальная повесть" не может явиться в свет: что могло иметь значение по смерти, то не имеет смысла при жизни. <...> Объявляю также во всеуслышанье, что, кроме доселе напечатанного, ничего не существует из моих произведений: все, что было в рукописях, мною сожжено, как бессильное и мертвое, писанное в болезненном и принужденном состоянии. <...> По многим причинам, которые мне объявлять не нужно, я не хотел этого, не продавал никому права на его публичное издание и отказывал всем книгопродавцам, доселе приступавшим ко мне с предложеньями, и только в таком случае предполагал себе это позволить, если бы помог мне бог совершить тот труд, которым мысль моя была занята во всю жизнь мою, и притом так совершить его, чтобы все мои соотечественники сказали в один голос, что я честно исполнил свое дело, и даже пожелали <...>
Выбранные_места_из_переписки_с_друзьями.pdf
Николай Васильевич Гоголь. Выбранные места из переписки с друзьями ПРЕДИСЛОВИЕ Я был тяжело болен; смерть уже была близко. Собравши остаток сил своих и воспользовавшись первой минутой полной трезвости духовное завещание, в котором, между прочим, возлагаю обязанность на моих издать, после моей смерти, некоторые из моих писем. Мне сим искупить бесполезность всего, доселе мною напечатанного, потому моих сочинениях. Небесная смерти. Я моего ума, я написал друзей хотя хотелось что в письмах моих, по признанию тех, к которым они были писаны, находится более нужного для человека, нежели в отвела от меня руку местам, необходимому душе моей, во время которого милость божия чувствуя, однако, слабость сил моих, которая возвещает мне ежеминутно, что жизнь моя на волоске и, приготовляясь к почти выздоровел; мне стало легче. Но, отдаленному путешествию к захотел оставить при расставанье что-нибудь от себя моим соотечественникам. Выбираю сам из моих последних писем, которые мне может все случиться, я удалось получить назад, все, что более относится к вопросам, занимающим ныне общество, отстранивши все, что может получить смысл только после моей смерти, с исключеньем всего, что могло иметь значенье только для немногих. Прибавляю две-три оно тотчас законную силу, как засвидетельствованное всеми моими читателями. Сердце мое говорит, что книга моя нужна и что она может быть полезна. Я думаю так не потому, чтобы имел высокое о себе понятие и надеялся на свое быть полезным, но потому, что никогда еще доселе не питал литературные и, наконец, прилагаю самое завещание, с тем чтобы в случае моей смерти, если бы она застигла меня на пути моем, возымело статьи свою уменье такого сильного желанья быть полезным. От нас уже довольно бывает протянуть руку с тем, чтобы помочь, помогаем же не мы, помогает бог, ниспосылая силу слову бессильному. Итак, сколь бы ни была моя книга незначительна и ничтожна, но я позволяю себе издать ее в свет и прошу моих соотечественников прочитать несколько раз; в то же время прошу тех из купить несколько ее экземпляров и раздать тем, которые сами купить не могут, уведомляя их при этом случае, что все деньги, какие них, которые имеют достаток, перевысят издержки не на предстоящее мне путешествие, будут обращены, с одной стороны, в подкрепление тем, которые, подобно мне, почувствуют потребность внутреннюю отправиться к наступающему великому посту во святую землю и совершить его одними собственными средствами, с другой стороны - в пособие тем, которых я встречу на пути уже туда идущих и которые гроба господня за моих читателей, своих благотворителей. Путешествие мое хотел бы я совершить как добрый христианин. И испрашиваю здесь прощения у всех моих случилось мне оскорбить соотечественников во их. Знаю, что моими против поспешность и торопливость были причиной тому, что сочинения мои предстали в таком несовершенном виде и почти настоящего смысла; за себя, но одно мое всех собственное неразумие, одна моя привели в все же, что ни встречается заблуждение в насчет -оскорбляющего, прошу простить меня с тем великодушием, с каким только русская душа прощать способна. Прошу прощенья также у всех тех, с на долгое или на короткое время случилось мне встретиться на дороге обхождении моем с людьми всегда неприятно-отталкивающего. Отчасти это было необходимо происходило оттого, что хотя немного воспитать встреч и знакомств, чувствуя, что не могу еще произнести умного слова человеку (пустых же и ненужных слов произносить мне будучи в то же время убежден, что по причине бесчисленного недостатков мне некотором отдалении от людей. Отчасти же это которыми жизни. Знаю, что мне случалось многим наносить неприятности, иным, быть может, и умышленно. Вообще в не хотелось), и множества было много я избегал и нужного моих самого себя в происходило и от мелочного самолюбия, свойственного только таким из нас, которые из грязи пробрались в люди и считают себя вправе глядеть спесиво на других. Как бы то ни было, не я прошу прощения во всех личных оскорблениях, которые мне случилось нанести кому-либо, начиная от времен моего детства до настоящей минуты. Прошу также прощенья у моих собратьев-литераторов за всякое с моей стороны пренебреженье или неуваженье к ним, оказанное умышленно или неумышленно; кому же из них почему-либо трудно простить меня, тому говеющий перед исповедью, которую готовится отдать богу, просит прощенья у своего брата, так я прошу у него прощенья, и как никто в посмеет не простить своего брата, так и он не напомню, что он христианин. Как такую минуту должен посметь меня. Наконец, прошу прощенья у моих читателей, если и в этой не встретится что-нибудь неприятное и кого-нибудь из них оскорбляющее. Прошу их не питать против меня гнева благородно все недостатки, какие могут быть найдены ими в этой книге, - как недостатки писателя, так и недостатки человека; мое самонадеянность, пустую уверенность в себе, словом, все, что бывает у людей, хотя они того и не находится во мне. В заключение прошу всех святителей, которых уже вся жизнь есть одна молитва. Прошу помолиться видят, и что, вероятно, еще в большей в России помолиться обо как бы ни мне, начиная молитвы не простить самой книге сокровенного, но вместо того выставить неразумие, недомыслие, всех мере от тех, которые смиренно не веруют в силу молитв своих, так и у тех, которые не веруют вовсе в молитву и даже не считают ее нужною: но бессильна и черства их молитва, я прошу как у была обо мне этой самой бессильной и черствой их молитвой. Я же у гроба господнего буду молиться о всех моих соотечественниках, не исключая из них ни единого; моя молитва будет так же бессильна и черства, если святая небесная милость не превратит ее в то, чем должна быть наша молитва. 1846, июль I ЗАВЕЩАНИЕ необдуманными сочинениями нанес я огорченье многим, а других даже вообще во многих произвел неудовольствие. В оправдание могу то, что намеренье мое было доброе и что я никого не хотел вооружать всем, чем ни вооружил против себя, сказать ни огорчать, ни их них умышленно одна и незрелыми только будут иметь возможности все помолятся у потому ее святым
Стр.1