Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 495610)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента
"Уважаемые СТУДЕНТЫ и СОТРУДНИКИ ВУЗов, использующие нашу ЭБС. Рекомендуем использовать новую версию сайта."

Мои скитания

0   0
Первый авторГиляровский Владимир Алексеевич
Страниц104
ID4877
Кому рекомендованоМемуары
Гиляровский, В.А. Мои скитания : Очерк / В.А. Гиляровский .— 1928 .— 104 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Дед чуть не саженного роста, сухой, жилистый, носил всегда свою черкесскую косматую папаху и никогда никаких шуб, кроме лисьей, домоткацкого сукна чамарки и грубой свитки, которая была так широка, что ею можно было покрыть лошадь с ногами и головой. <...> В "Светелках" у нас жил тогда и беглый матрос Китаев, мой воспитатель, знаменитый охотник, друг отца и деда с давних времен. <...> На охоту в "Светелки" приезжал и родственник Назимовой, Николай Разнатовский, отставной гусар, удалец и страстный охотник. <...> Николай Ильич Разнатовский поссорился с женой при гостях, в числе которых была тетка моей мачехи, только кончившая институт и собиравшаяся уезжать из Петербурга в Вологду. <...> Туда же после смерти моего деда поселился и Китаев. <...> Никому не показывай приемов, а то они силу потеряют,-- наставлял меня Китаев, и я слушал его. <...> Афраф, стройный, с седыми баками, в коломенковой ливрее, чистый и вылощенный, никогда ни слова не говорил за столом, а только мастерски подавал кушанья и убирал изпод носу тарелки иногда с недоеденным вкусным куском, так что я при приближении бесшумного Афрафа оглядывался и запихивал в рот огромный последний кусок, что вызывало шипение тетенек и сравнение меня то с собакой, то с крокодилом. <...> Защитником моим был Николай Разнатовский, иногда наезжавший из имения, да живший вместе с нами его брат, Семен Ильич, служивший на телеграфе, простой, милый человек, а во время каникул -третий брат, Саша Разнатовский, студент Петербургского университета; тот прямо подружился со мной, гимназистом 2-го класса. <...> И до сих пор я не знаю, куда девался Саша Разнатовский. <...> Такого зверя, как Фофан, отродясь на свете не бывало: драл собственноручно, меньше семи зубов с маху не вышибал, да еще райские сады на своем корабле устраивал. <...> Зубов у него не было: половину в рекрутстве выбили да в драках по разным гаваням, а остатки Фофан доколотил. <...> -- А райские сады Фофан так устраивал: возьмет <...>
Мои_скитания.pdf
В. А. Гиляровский МОИ СКИТАНИЯ Содержание: Глава 1. ДЕТСТВО Глава 2. В НАРОД Глава 3. В ПОЛКУ Глава 4. ЗИМОГОРЫ Глава 5. ОБРЕЧЕННЫЕ Глава 6. ТЮРЬМА И ВОЛЯ Глава 10. В МОСКВЕ Глава 11. РЕПОРТЕРСТВО Глава 12. С БУРЛАКОМ НА ВОЛГЕ Глава 7. ТЕАТР Глава 8. ТУРЕЦКАЯ ВОЙНА Глава 9. АКТЕРСТВО Источник: В. А. Гиляровский. Собрание сочинений в 4 томах.М.: 1999. Том 4. Оригинал здесь: http://www.booksite.ru. Глава первая ДЕТСТВО Ушкуйник и запорожец. Мать и бабушка. Азбука. В лесах дремучих. Вологда в 60-х годах. Политическая ссылка. Нигилисты и народники. Губернские власти. Аристократическое воспитание. Охота на медведя. Матрос Китаев. Гимназия. Цирк и театр. "Идиот". Учителя и сальто-мортале. Бесконечные дремучие, девственные леса вологодские сливаются на севере с тундрой, берегом Ледовитого океана, на востоке, через Уральский хребет, с сибирской тайгой, которой, кажется, и концакрая нет, а на западе до моря тянутся леса да болота, болота да леса. И одна главная дорога с юга на север, до Белого моря, до Архангельска -- это Северная Двина. Дорога летняя. Зимняя дорога, по которой из Архангельска зимой рыбу возят, шла вдоль Двины, через села и деревни. Народ селился, конечно, ближе к пути, к рекам, а там, дальше глушь беспросветная да болота непролазные, диким зверем населенные... Да и народ такой же дикий блудился от рождения до веку в этих лесах... Недаром говорили: -- Вологжане в трех соснах заблудились. И отвечали на это вологжане: -- Всяк заблудится! Сосна от сосны верст со сто, а меж соснами лесок строевой. Родился я в лесном хуторе за Кубенским озером и часть детства своего провел в дремучих домшинских лесах, где по волокам да болотам непроходимым медведи пешком ходят, а волки стаями волочатся. В Домшине пробегала через леса дремучие быстрая речонка Тошня, а за ней, среди вековых лесов, болота. А за этими болотами скиты раскольничьи[1] [1 Люди древнего благочестия -- звали они себя. (Все подстрочные примечания принадлежат автору)], куда доступ был только зимой, по тайным нарубкам на деревьях, которые чужому и не приметить, а летом на шестах пробираться приходилось, да и то в знакомых местах, а то попадешь в болотное окно, сразу провалишься -- и конец. А то чуть с кочки оступишься -- тина засосет, не выпустит кверху человека и затянет. На шестах пробирались. Подойдешь к болоту в сопровождении своего, знаемого человека, а он
Стр.1