Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 468839)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Рассказы

0   0
Первый авторЧехов Александр Павлович
Страниц17
ID3581
АннотацияНа маяке. Цепи. Бабье горе. Старый Махмутка
Кому рекомендованоПроза
Чехов, А.П. Рассказы : Сборник рассказов / А.П. Чехов .— 1904 .— 17 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Волны набегали одна на другую с белыми гребешками на спине и ударялись об отвесную скалу с такою силою, точно хотели во что бы то ни стало достать маленький домик, приютившийся у высокого маяка на верху скалы, и смыть его так, чтобы от него не осталось и камешка. <...> Брызги волн едва долетали только до фундамента. <...> В маленьком домике, казавшемся пигмеем сравнительно с гигантом маяком, жил смотритель Лука Евсеевич с семнадцатилетнею дочерью и солдат Фейзулин. <...> В эту бурю Лука Евсеевич стоял у фундамента маяка и смотрел в море. <...> Ветер неистово трепал его платье и жидкие волоски на висках. <...> Брызги волн налетали на него дождем; Он был без пиджака, в одной рубахе, но и рубаху расстегнул и обнажил грудь так, что на нее дождем падали соленые капли. <...> -- Барышна лежит на диван, книжка читает, говорит: папаша простуд будет. <...> Судьба решила тем, что отняла у него жену, умершую от чахотки, а его самого с маленькой дочерью Олей забросила на маяк. <...> Фейзулин, мерзавец,-- тоже ведь привязался к ребенку -- двенадцать верст с пароходной пристани эту кроватку с матрасиком на своих плечах ко мне на маяк пер... <...> -- Хорошо,-- ответил Фейзулин,-- Дай, ваше блародь, руп целковый: за гору на духан пойду, пить буду, пьян буду, драться буду, морды бить буду. <...> Лука Евсеевич читал ему письмо, детское, нацарапанное каракульками: "Милый папочка, у нас чай подают в семь часов утра, завтрак в двенадцать, а к обеду мы ходим парочками. <...> -- А хочешь, папочка, я со скалы от счастья в море брошусь и утону... <...> -- Ны плачь, паджалуйста, а то я сам плачать буду. <...> -- Много плачать -- много слезы, одын вода, девке не легче. <...> В это время задул норд-ост, и Лука Евсеевич вышел выплакать свое горе буре. <...> Михаил Александрович в отчаянии махнул рукою, опустятся в кресло у письменного стола и тоскливо задумался. <...> Он решил провести этот вечер у себя дома и почитать, облачившись в халат; но теперь вот придет из церкви тесть с торжественно-благочестивым лицом, помолится, начнет пить чай -- священнодействовать <...>
Рассказы.pdf
Ал. П. Чехов Рассказы Писатели чеховской поры: Избранные произведения писателей 80--90-х годов: В 2-х т.-- М., Худож. лит., 1982. Т. 1. Вступит. статья, сост. и коммент. С. В. Букчина. OCR Бычков М. Н. СОДЕРЖАНИЕ На маяке Цепи Бабье горе Старый Махмутка НА МАЯКЕ Море бушевало и пенилось. Волны набегали одна на другую с белыми гребешками на спине и ударялись об отвесную скалу с такою силою, точно хотели во что бы то ни стало достать маленький домик, приютившийся у высокого маяка на верху скалы, и смыть его так, чтобы от него не осталось и камешка. Но домик и маяк стояли крепко. Брызги волн едва долетали только до фундамента. Дул сильный норд-ост. Чахлые деревца, посаженные вокруг маяка, гнулись и стонали под напором ветра. В домике хлопали ставни. А наверху, сзади, над горным хребтом, точно в насмешку, лениво ползли облака, ползли спокойно и тихо, и как будто назло бушующему ветру, шли в противную сторону. На море буря, а наверху -- тишь и гладь и даже обратное течение воздуха. Это явление знакомо кавказцам. Маяк стоял одиноко на выступе скалы. До ближайшего поселка было одиннадцать верст где-то там, далеко за хребтом. Чтобы пройти туда, надо подняться на гору, пройти перевал и спуститься в долину. В маленьком домике, казавшемся пигмеем сравнительно с гигантом маяком, жил смотритель Лука Евсеевич с семнадцатилетнею дочерью и солдат Фейзулин. Более никого. Впереди море, сзади -горы и ни одной живой души... В эту бурю Лука Евсеевич стоял у фундамента маяка и смотрел в море. Ветер неистово трепал его платье и жидкие волоски на висках. Брызги волн налетали на него дождем; Он был без пиджака, в одной рубахе, но и рубаху расстегнул и обнажил грудь так, что на нее дождем падали соленые капли. После каждого удара волн он проводил рукою за пазухой, растирая воду, и повторял: -- За что же, за что? Чем я тебя прогневал, господи?! Нет... надо, надо, надо... Нельзя томить чужую жизнь... -- Фанар зажигать нада, ваш блародие,-- закричал у него над ухом солдат-татарин. Лука Евсеевич не слышал.Шум моря заглушал человеческий голос. --Жалко, жалко, сердце с места сорвется, а надо...-- повторял он про себя... -- Фанар, ваш блародие... Лука Евсеевич вздрогнул и обернулся. -- А? -- Огонь, маяк... светить нада... -- Это ты, Фейзулин?.. Да, да, надо... свети, свети...-- очнулся Лука Евсеевич.-- Эка буря-то какая... Он уставился на солдата и стал смотреть, как ветер трепал его волосы и фалдочки старого казенного мундирчика. Смотрел и ничего не понимал.
Стр.1