Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 472794)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Мотылек

0   0
Первый авторЧарская Лидия Алексеевна
Страниц10
ID3510
АннотацияНеоконченная повесть
Кому рекомендованоДетская
Чарская, Л.А. Мотылек : Глава / Л.А. Чарская .— 1918 .— 10 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Мотылек Неоконченная повесть ГЛАВА I Птичка выпорхнула из гнезда. <...> Шура Струкова, дочь скромного уездного чиновника, шестнадцатилетняя девушка, со свежим миловидным круглым лицом и ясными, искрящимися карими глазами, через силу улыбалась, сквозь слезы. <...> Только лишь нынешней весной Шура окончила гимназию и теперь ехала в Петроград поступать на педагогические курсы. <...> Вся семья Струковых, не исключая и старой няни Матвеевны и Шуриного друга детства -- Евгения Николаевича Вяземцева, пришли проводить девушку на вокзал. <...> -- Няня права, -- проговорил Иван Степанович Струков, -- береги хорошенько деньги, Шура, помни: они даром не даются. <...> Лучше учись хорошенько да лекции аккуратно посещай, -уже несколько раздраженно проронил Иван Степанович и нервно покрутил седенькую бородку. <...> Ведь только благодаря приглашению Сергея Васильевича Мальковского поселиться у них в доме, Иван Степанович и рискнул отпустить свою Шуру в столицу на курсы. <...> -- Экая досада, право, что ты не можешь ехать вместе с нею, Евгений, -- обратился он к высокому студенту-электротехнику, находившемуся тут же в числе провожавших Шуру и оживленно о чем-то переговарившемуся с нею, с её старшей сестрой -- Нютой, служившей машинисткой в Уездном Присутствии, и с их братом, гимназистом Левой, живым темноглазым подростком. <...> --И Евгений Николаевич, произнеся вое это, снова обратился к Шуре, возобновляя прерванную беседу:--Во всяком случае, через две недели я буду в столице и помогу вам чем сумею. <...> -- Счастливица, в театр! -- восхищенно произнесла Нюта, высокая бледная девушка с нездоровым цветом лица. <...> -- Женюшка, -- касаясь его рукава худенькой сухой рукой, шепнула Анна Ильинична Струкова студенту,-- на пару слов, Женюшка, -- и отвела его в сторону. <...> -- Не беспокойтесь Анна Ильинична, -- мягко возразил Евгений Николаевич, -- я уже обо всем переговорил с Шурой, и она дала мне слово не предпринимать ничего серьезного, не посоветовавшись со мной. <...> -- Пиши почаще, Шура, не ленись, -- шепнула <...>
Мотылек.pdf
Л.Чарская Повесть для юношества. Мотылек Неоконченная повесть ГЛАВА I Птичка выпорхнула из гнезда. Мама перекрестила дрожащей рукой Шуру, и произнесла, глотая слезы: -- Ну, с Богом, детка моя! Пиши почаще, нас, стариков, не забывай. -- Помни одно: не делай ничего такого, что могло бы смутить твой покой... Нет ничего лучше, как иметь чистую совесть и сознавать свою правоту, -- прибавил папа и также благословил и обнял Шуру. Потом, резко отвернулся и что-то уж очень подозрительно долго сморкался, пристально глядя на паровоз. Шура Струкова, дочь скромного уездного чиновника, шестнадцатилетняя девушка, со свежим миловидным круглым лицом и ясными, искрящимися карими глазами, через силу улыбалась, сквозь слезы. Она была похожа на девочку в своем гимназическом коричневом платье, оставшемся еще от прошлого года и теперь надетом ею в дорогу. Толстая длинная русая коса пускалась у неё ниже пояса, оттягивая назад маленькую головку. А непокорные завитки мелких кудрей красиво обрамляли привлекательное личико Шуры. Только лишь нынешней весной Шура окончила гимназию и теперь ехала в Петроград поступать на педагогические курсы. Вся семья Струковых, не исключая и старой няни Матвеевны и Шуриного друга детства -- Евгения Николаевича Вяземцева, пришли проводить девушку на вокзал. -- Ты кошелек-то, кошелек береги, Шуринька, шутка ли сказать -- экую уйму деньжищ отец тебе отвалил, а в пути-то, чуть зазеваешься, ан жулик-то тут как тут; сцапает живым манером да и был таков,-ворчливо, по своему обыкновению, бубнила старая няня, вынянчившая не только Шуру, но и её мать, худенькую, хрупкую, всегда чем-то озабоченную и встревоженную женщину. -- Няня права, -- проговорил Иван Степанович Струков, -- береги хорошенько деньги, Шура, помни: они даром не даются. Не от избытка, к тому же, поделился я ими с тобою, сама знаешь, а чтобы ты имела возможность доехать до места с удобством и не смотреть в руки дяди... Щура вспыхнула. -- Ах, папочка, не беспокойтесь пожалуйста! Все будет хорошо -- вот увидите. -- Каждое первое число по двадцати пяти рублей получать от меня будешь аккуратно: пятнадцать дяде вноси за стол и комнату, а остальные на книги, учебники, на ремонт гардероба и так далее. -- Я скоро перестану брать эти деньги, вот увидите, папочка, потому что обязательно уроки постараюсь найти. Вит вам и легче будет, -- улыбаясь, говорила Шура. -- Ладно уж... Лишнее это, как будто... Лучше учись хорошенько да лекции аккуратно посещай, -уже несколько раздраженно проронил Иван Степанович и нервно покрутил седенькую бородку. Неизгладимые следы долгой и упор ной житейской борьбы, забот и усидчивой работы лежали на этом несколько суровом лице преждевременно состарившегося человека. И теперь Струкова неотступно преследовала одна и та же мысль: хорошо ли он сделал, что сдался на просьбу остальных членов семьи, а больше всего самой Шуры отпустить дочь, в сущности еще совсем ребенка, в далекую столицу. Правда, там Шура будет жить не одна, а в доме его двоюродного брата, который всегда очень хорошо относился к нему, насколько может хорошо относиться важный петроградский сановник к бедному провинциальному родственнику. Ведь только благодаря приглашению Сергея Васильевича Мальковского поселиться у них в доме, Иван Степанович и рискнул отпустить свою Шуру в столицу на курсы. Но, тем не менее, старик тревожился за дочь. -- Экая досада, право, что ты не можешь ехать вместе с нею, Евгений, -- обратился он к высокому студенту-электротехнику, находившемуся тут же в числе провожавших Шуру и оживленно о чем-то переговарившемуся с нею, с её старшей сестрой -- Нютой, служившей машинисткой в Уездном Присутствии, и с их братом, гимназистом Левой, живым темноглазым подростком. -- Да, досадно... Ведь надо же было, как нарочно, расходиться маминому ревматизму... Пока
Стр.1