Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 468934)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

О Чаадаеве

0   0
Первый авторОвсянниково-Куликовский
Страниц2
ID3413
Аннотация"Об авторе (Чаадаев Петр Яковлевич). Фрагменты из статьи ""Психология русской интеллигенции"", 1910 г."
Кому рекомендованоОб авторе
Овсянниково-Куликовский, Д.И. О Чаадаеве : Очерк / Д.И. Овсянниково-Куликовский .— 1910 .— 2 с. — Критика

Предпросмотр (выдержки из произведения)

О Чаадаеве Фрагменты из статьи ""Психология русской интеллигенции", 1910 г. Оригинал находится здесь: Сайт партии "Яблоко" 20-е и 30-е годы были эпохою подготовки наших идеологий - их зарождения. <...> Чацкие, Онегины, Печорины - отщепенцы от окружающей среды, а это и образует необходимую предпосылку для возникновения идеологических настроений Могло, конечно, случиться, что в ту эпоху дело ограничилось бы только настроениями, предрасцоло-жением к идеологическому творчеству, само же это творчество могло и не обнаружиться - за отсутствием лишь обладающих необходимыми для этого дарованиями. <...> В действительности случилось обратное: дело не ограничилось настроениями, - явился деятель мысли с несомненным призванием к идеологическому творчеству. <...> Как человек, он представлял собою законченный тип отщепенца, и в его духовном складе причудливо совмещались характерные черты и Чацкого, и Онегина, и Печорина. <...> В идеологии Чаадаева, чуть ли не самой стройной, цельной и оригинальной изо всех наших идеологий, ярко выступают черты, присущие всем идеологиям, но в большинстве из них более или менее замаскированные или затушеванные другими сторонами. <...> Эти черты сводятся к тому, что можно назвать "игрою ума", "кабинетным творчеством", субъективным построением, где произвол фантазии причудливо сочетается с логической силой мысли и где ярко отпечатлелись личные предрасположения, личные вкусы, симпатии и антипатии автора. <...> Чаадаев не имел последователей, и вскоре его идеология была заслонена и затерта другими. <...> Чтобы стать адептом доктрины Чаадаева, нужно быть самому хоть немножко Чаадаевым. <...> В этой особенности я вижу только крайнее выражение черты, в смягченном виде присущей всем идеологиям, Все они по-своему стройны и логичны, но - подобно религиям - обращаются больше к чувству, к моральным предрасположениям, чем к уму человека, и для их принятия требуются известные "вкусы". <...> Адепты разных идеологий могут спорить без конца и не <...>
О_Чаадаеве.pdf
Д. И. Овсянниково-Куликовский. О Чаадаеве Фрагменты из статьи ""Психология русской интеллигенции", 1910 г. Оригинал находится здесь: Сайт партии "Яблоко" 20-е и 30-е годы были эпохою подготовки наших идеологий - их зарождения. Чацкие, Онегины, Печорины - отщепенцы от окружающей среды, а это и образует необходимую предпосылку для возникновения идеологических настроений Могло, конечно, случиться, что в ту эпоху дело ограничилось бы только настроениями, предрасцоло-жением к идеологическому творчеству, само же это творчество могло и не обнаружиться - за отсутствием лишь обладающих необходимыми для этого дарованиями. В действительности случилось обратное: дело не ограничилось настроениями, - явился деятель мысли с несомненным призванием к идеологическому творчеству. Как человек, он представлял собою законченный тип отщепенца, и в его духовном складе причудливо совмещались характерные черты и Чацкого, и Онегина, и Печорина. Это был Чаадаев. В идеологии Чаадаева, чуть ли не самой стройной, цельной и оригинальной изо всех наших идеологий, ярко выступают черты, присущие всем идеологиям, но в большинстве из них более или менее замаскированные или затушеванные другими сторонами. Эти черты сводятся к тому, что можно назвать "игрою ума", "кабинетным творчеством", субъективным построением, где произвол фантазии причудливо сочетается с логической силой мысли и где ярко отпечатлелись личные предрасположения, личные вкусы, симпатии и антипатии автора. Трудно найти систему идей более личную, индивидуальную. Чаадаев не имел последователей, и вскоре его идеология была заслонена и затерта другими. Чтобы стать адептом доктрины Чаадаева, нужно быть самому хоть немножко Чаадаевым. В этой особенности я вижу только крайнее выражение черты, в смягченном виде присущей всем идеологиям, Все они по-своему стройны и логичны, но - подобно религиям - обращаются больше к чувству, к моральным предрасположениям, чем к уму человека, и для их принятия требуются известные "вкусы". Адепты разных идеологий могут спорить без конца и не договариваться ни до чего. Знаменитые русские споры, кипящие со времен Онегина, кипели именно по той причине, что все наши направления были по преимуществу идеологическими. Другая черта, присущая - в большей или меньшей мере - всем идеологиям, а у Чаадаева выступающая с особенной яркостью, состоит в том, что философская (теоретическая) часть их не имеет всеобщего значения, какое имеют настоящие философские системы, а их практическая (прикладная) сторона, слишком тесно связанная с философской, не получает реальной силы - практического дела, в смысле общественной или политической деятельности - деятельности партии. В лучшем случае выходит нечто вроде секты. Идеолог слишком философ, чтобы быть практическим деятелем, и слишком моралист, публицист и деятель жизни, чтобы быть настоящим философом. Философские и научные ценности приноровляются у него к моральным и практическим запросам, а эти запросы получают своеобразную философскую постановку, отпугивающую всех, кто, имея те же запросы, не может ее принять. Идеологии, если они сколько-нибудь разработаны, обращаются, подобно религиозным вероучениям, к тем, которые, по своему духовному складу к ним предрасположены, и в этой среде они вербуют адептов и получают распространение. В идеологии Чаадаева эти черты принять ее, нужно было разделять его мистику и его пристрастие к католицизму, нужно было возвыситься до горького национального отчаяния, до презрения к России, ее прошлому и настоящему, нужно было отчаяться в ее будущем, оставив, впрочем, лазейку, чтобы потом уверовать в него, наконец, нужно было совместить в себе "миллион терзаний" Чацкого с онегинскими "ума. холодными наблюдениями и сердца горестными заметами", да еще в придачу обладать печоринским злорадным презрением ко всему окружающему. Психологическими предпосылками идеологии Чаадаева явилось именно отщепенство Чацких, Онегиных и Печориных, и в этом смысле она была характерным продуктом своего времени. Этим объясняется и живой интерес, который она возбудила во всех мыслящих людях 39-х годов, от Пушкина до Герцена. Но ни один из них не стал адептом идей Чаадаева. Ни чаадаевцев, ни чаадаевщины не было, если не считать случайных совпадений вроде эмиграции и получили крайнее выражение. Чтобы
Стр.1