Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 472794)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Три рубля

0   0
Первый авторБунин Иван Алексеевич
Страниц3
ID3349
Кому рекомендованоРассказы (1931-1952)
Бунин, И.А. Три рубля : Рассказ / И.А. Бунин .— 1944 .— 3 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Иван Алексеевич Бунин ТРИ РУБЛЯ Оригинал здесь: Электронная библиотека Яблучанского. <...> В тот летний вечер я приехал из деревни в наш уездный город по железной дороге, часу в девятом. <...> Когда извозчик помчал меня, подымая пыль, от вокзала по темнеющему полю, сзади вдруг что-то вспыхнуло, дорога впереди на мгновенье озарилась золотом, где-то прокатился гром и крупными звездами зашлепал по пыли и пролетке быстрый, редкий дождь, тотчас, же прекратившийся. <...> Потом пролетка, сорвавшись под изволок с мягкой дороги, задребезжала по каменному мосту через пересохшую речку. <...> За мостом дико чернели и металлически пахли городские кузни. <...> На дороге в гору горел запыленный керосиновый фонарь... <...> В гостинице Воробьева, лучшей в городе, мне, как всегда, отвели комнату со спальней за перегородкой. <...> Воздух в этой комнате с двумя затворенными окнами за белыми коленкоровыми занавесками был горяч, как в печи. <...> Я приказал коридорному отворить окна настежь, принести самовар и поскорей подошел к окну: в комнате дышать было нечем. <...> За окном уже чернела темнота, в которой то и дело вспыхивали молнии, теперь уже голубые, и катился точно по ухабам гул грома. <...> И, помню, я подумал: до того ничтожный городишко, что даже непонятно, зачем так грозно вспыхивает над ним этот великолепный голубой свет и так величественно грохочет, сотрясается мрачное, невидимое небо. <...> Я пошел за перегородку и, снимая с себя пиджак и развязывая галстук, услыхал, как влетел с самоваром на подносе коридорный и стукнул в круглый стол перед диваном. <...> Я выглянул: кроме самовара, полоскательницы, стакана и тарелки с. булкой, на подносе была еще чашка. <...> Коридорный ответил, заиграв глазами: - Там вас одна барышня спрашивает, Борис Петрович. <...> Таких у нас никогда незаметно было: приезжие обыкновенно за барышнями к Анне Матвеевне посылают, а тут вдруг какая-то сама входит. <...> Я подумал о скучном вечере, который предстоял мне, и сказал: - Это <...>
Три_рубля.pdf
Иван Алексеевич Бунин ТРИ РУБЛЯ Оригинал здесь: Электронная библиотека Яблучанского. В тот летний вечер я приехал из деревни в наш уездный город по железной дороге, часу в девятом. Было еще жарко, от туч сумрачно, надвигалась гроза. Когда извозчик помчал меня, подымая пыль, от вокзала по темнеющему полю, сзади вдруг что-то вспыхнуло, дорога впереди на мгновенье озарилась золотом, где-то прокатился гром и крупными звездами зашлепал по пыли и пролетке быстрый, редкий дождь, тотчас, же прекратившийся. Потом пролетка, сорвавшись под изволок с мягкой дороги, задребезжала по каменному мосту через пересохшую речку. За мостом дико чернели и металлически пахли городские кузни. На дороге в гору горел запыленный керосиновый фонарь... В гостинице Воробьева, лучшей в городе, мне, как всегда, отвели комнату со спальней за перегородкой. Воздух в этой комнате с двумя затворенными окнами за белыми коленкоровыми занавесками был горяч, как в печи. Я приказал коридорному отворить окна настежь, принести самовар и поскорей подошел к окну: в комнате дышать было нечем. За окном уже чернела темнота, в которой то и дело вспыхивали молнии, теперь уже голубые, и катился точно по ухабам гул грома. И, помню, я подумал: до того ничтожный городишко, что даже непонятно, зачем так грозно вспыхивает над ним этот великолепный голубой свет и так величественно грохочет, сотрясается мрачное, невидимое небо. Я пошел за перегородку и, снимая с себя пиджак и развязывая галстук, услыхал, как влетел с самоваром на подносе коридорный и стукнул в круглый стол перед диваном. Я выглянул: кроме самовара, полоскательницы, стакана и тарелки с. булкой, на подносе была еще чашка. - А чашка зачем? - спросил я. Коридорный ответил, заиграв глазами: - Там вас одна барышня спрашивает, Борис Петрович. - Какая барышня? Коридорный пожал плечом и манерно усмехнулся. - Понятно какая. Очень просила впустить, обещала рубль на чай, если хорошо заработает. Видела, как вы подъехали... - Из уличных, значит? - Ясное дело. Таких у нас никогда незаметно было: приезжие обыкновенно за барышнями к Анне Матвеевне посылают, а тут вдруг какая-то сама входит. Ростом замечательная и вроде гимназистки. Я подумал о скучном вечере, который предстоял мне, и сказал: - Это забавно. Впусти ее. Коридорный радостно исчез. Я стал заваривать чай, но в дверь тотчас постучали, и я с удивлением увидал, как, не дожидаясь ответа, в комнату развязными шагами больших ног в старых холщовых туфлях вошла рослая девушка в коричневом гимназическом платье и соломенной шляпке с пучком искусственных васильков сбоку. - Вот шла и забрела на огонек к вам, - с попыткой иронической усмешки сказала она, отводя в сторону темные глаза. Все это было совсем не похоже на то, что я ожидал, я слегка растерялся и ответил не в меру весело: - Очень приятно. Снимайте шляпку и присаживайтесь чай пить. За окнами вспыхнуло уже фиолетово и совсем широко, гром прокатился где-то близко и предостерегающе, в комнату пахнуло ветром, и я поспешил затворить окна, обрадовавшись возможности скрыть свое смущение. Когда я обернулся, она сидела на диване, сняв шляпку и закидывая назад стриженые волосы продолговатой загорелой рукой. Волосы у нее были густые, каштановые, лицо несколько широкоскулое, в веснушках, губы полные и сиреневые, глаза темные и серьезные. Я хотел шутливо извиниться, что я без пиджака, но она сухо посмотрела на меня и спросила: - Сколько вы можете заплатить? Я опять ответил с деланной беспечностью: - Успеем еще сговорится! Выпьем прежде чайку. - Нет, - сказала она, хмурясь, - я должна знать условия. Я меньше трех рублей не беру. - Три так три, - сказал я с той же глупой беспечностью.
Стр.1