Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 472928)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Дневник 1917-1918 гг.

0   0
Первый авторБунин Иван Алексеевич
Страниц26
ID3286
Кому рекомендованоПублицистика и воспоминания
Бунин, И.А. Дневник 1917-1918 гг. : Дневник / И.А. Бунин .— 1918 .— 26 с. — Мемуары

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Идя в Колонтаевку, зашел на мельницу -- то же сказал и Сергей Климов (не зная, что мы уже слышали, что говорил Ив. <...> Позавчера были в Предтечеве -- Лихарев сзывал земельных собственников, читал устав "Союза земельных собственников", приглашал записываться в члены. <...> Сем., Коля, я (только в качестве любопытного), что-то вроде сельского учителя в старой клеенчатой накидке и очках (черных), худой старик (вроде начетчика), строгий, в серой поддевке, богач мужик (Коля сказал -- Саваоф), рыжий, босый, крепкий сторож училища. <...> Думал, что членские взносы пойдут на "аблаката" (долженствующего защищать интересы земельных собственников). <...> В саду по утрам, в росистом саду уже стоит синий эфир, сквозь который столбы ослепительного солнца. <...> До кофе прошел по аллее, вернулся в усадьбу мимо Лозинского, по выгону. <...> Ни единого облачка, но горизонты не прозрачные, всюду ровные, сероватые. <...> Коля, Юлий, я ездили в Кочерево к Ф<едору> Д<митриевичу> за медом. <...> Бунт в Егорьевске Рязанской губернии по поводу выборов в городскую думу, поднятый московским большевиком Коганом, -- представитель совета крестьянско-рабочих депутатов арестовал городского голову, пьяные солдаты и прочие из толпы убили его. <...> Поехали домой -- встретили на выгоне барышню и господина из усадьбы Комаровских. <...> Перед вечером к Федору Дмитриевичу на дрожках -- я, Коля, Юлий. <...> Когда выехали на дорогу -- грандиозная туча с юга, синяя. <...> Нынче уже опять почувствовал тупость к этой вещи. <...> После обеда я, Юлий и Вера в Колонтаевку. <...> Вчера ездили с Верой на шарабане кататься -- к Крестам, потом в Скородное и вокруг него -обычная дорога, только наоборот. <...> Когда выехали, поразила картина (как будто французского художника) жнивья (со вклиненной в него пашней и бархатным зеленым кустом картофеля) -- поля за садом, идущего вверх покато, -- и неба синего и великолепных масс белых облаков на небе -- и одинокая маленькая фигура весь день косящего просо (или гречиху <...>
Дневник_1917-1918_гг..pdf
И. А. Бунин Дневник 1917--1918 гг. Собрание сочинений. Том восьмой. Окаянные дни. Воспоминания. Статьи и выступления. 1918--1953 Московский рабочий. 2000 Scan ImWerden OCR Ловецкая Т.Ю. Дневник 1917--1918 гг. Глотово. 1 августа 1917г. Хорошая погода. Уехала Маня. Отослал книгу Нилуса Клестову. Письмо Нилусу. Низом ходил в Колонтаевку. Первые признаки осени -- яркость голубого неба и белизна облаков, когда шел среди деревьев под Колонтаевкой, по той дороге, где всегда сыро. Слух от Лиды Лозинской, -- Ив. С. в лавке говорил, что на сходке толковали об "Архаломеевской ночи" -- будто должна быть откуда-то телеграмма -- перебить всех "буржуев" -- и что надо начать с Барбашина. Идя в Колонтаевку, зашел на мельницу -- то же сказал и Сергей Климов (не зная, что мы уже слышали, что говорил Ив. С.): на деревне говорили, что надо вырезать всех помещиков. Позавчера были в Предтечеве -- Лихарев сзывал земельных собственников, читал устав "Союза земельных собственников", приглашал записываться в члены. Заседание в школе. Жалкое! Несколько мальчишек, Ильина с дочерью (Лидой), Лихарев (Коле сказал -- "риторатор"), Влад. Сем., Коля, я (только в качестве любопытного), что-то вроде сельского учителя в старой клеенчатой накидке и очках (черных), худой старик (вроде начетчика), строгий, в серой поддевке, богач мужик (Коля сказал -- Саваоф), рыжий, босый, крепкий сторож училища. У всех последних страшное напряжение и тупость при слушании непонятных слов устава. Приехал Абакумов, привез бумаги на свои владения, все твердил, что его земля закреплена за ним, "остолблена его величеством". Думал, что членские взносы пойдут на "аблаката" (долженствующего защищать интересы земельных собственников). Генерал Померанцев, гостящий у Влад. Сем., замечательная фигура. Абакумов вернулся вместе с нами, возбужденный. "Ну, записались! Теперь чтой-то даст Бог!" 2 августа. Очень холодное, росистое утро.Юлий и Коля ездили в Измалково. День удивительный. В два часа шли на Пески по саду, по аллее. Уже спокойно, спокойно лежат пятна света на сухой земле, в аллее, чуть розоватые. Листья цвета заката. Оглянулся -- сквозь сад некрашеная железная, иссохшая крыша амбара блестит совершенно золотом (те места, где стерлась шелуха ржавчины). Перечитывал Мопассана. Многое воспринимаю по-новому, сверху вниз. Прочитал рассказов пять - - все сущие пустяки, не оставляют никакого впечатления, ловко и даже неприятно щеголеватолитературно сделанные. Был Владимир Семенович. Отличный старик! Как Абакумов, не сомневается в своем пути жизненном, в своих правах на то и другое, в своих взглядах! Жалуется, что революция лишила его прежних спокойных радостей хозяйства, труда. 3 августа. Снова прекрасный день, ветер все с востока, приятно прохладный в тени. На солнце зной. Дальние местности в зеленовато-голубом тумане, сухом, тончайшем. Продолжаю Мопассана. Места есть превосходные. Он единственный, посмевший без конца говорить, что жизнь человеческая вся под властью жажды женщины. В саду по утрам, в росистом саду уже стоит синий эфир, сквозь который столбы ослепительного солнца. До кофе прошел по аллее, вернулся в усадьбу мимо Лозинского, по выгону. Ни единого облачка, но горизонты не прозрачные, всюду ровные, сероватые. Коля, Юлий, я ездили в Кочерево к Ф<едору> Д<митриевичу> за медом. Возвращались (перед закатом), обогнув Скородное. Разговор, начатый мною,
Стр.1