Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 482286)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Берег и море

0   0
Первый авторСтанюкович Константин Михайлович
Страниц35
ID11058
Кому рекомендованоПроза
Станюкович, К.М. Берег и море : Статья / К.М. Станюкович .— 1902 .— 35 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Белоснежный, тугой стоячий воротничок сорочки подпирал шею и горло в морщинах. <...> Утонувший в высоком, глубоком кресле, старый адмирал казался совсем маленьким. <...> Камердинер адмирала Никита, бывший матрос, выждал несколько секунд, взглядывая на адмирала и словно бы определяя степень серьезности его настроения. <...> Адмирал не поднимал головы и, казалось, не замечал своего камердинера. <...> -- Дурак! -- раздражительно оборвал старый адмирал, приказавший раз навсегда не беспокоить его по утрам, когда он занимается, добросовестно прочитывая доклады и добросовестно подучивая учебник механики, чтобы потом не обнаружить своего незнания на подчиненных людях. <...> А то к нему, высокопоставленному лицу, работающему до одурения, лезет на квартиру какая-то Артемьева, жена капитана второго ранга... <...> И, вместо того, чтобы "исчезнуть", как исчезал, бывало, из каюты при первом же окрике своего капитана, Никита доложил: -- Я уже все обсказал даме, ваше высокопревосходительство. <...> На том свете уж ему паек идет, а он куражится над подчиненными людьми... <...> -- Просительница не осмелится зря докучать вашему высокопревосходительству. <...> Такая тихая, в строгой задумчивости сидит просительница и ждет! <...> Схватит ее "истерик", и заголосит просительница на всю квартиру! -- значительно и таинственно понижая голос, докладывал Никита. <...> Не раз наблюдал, как теряется старик, "давая слабину", когда адмиральша, лет на тридцать моложе мужа, женщина, по словам Никиты, "шельмоватая", "форсистая" и еще "бельфамистая", довольно-таки часто занималась "истериком" и в такие минуты называла мужа "противною старою обезьяной". <...> А старый адмирал, словно бы боявшийся уронить престиж власти, на который покушается жена капитана второго ранга Артемьева ("И как он смел пустить свою дуру к высшему начальству!"), слегка выпялил грудь, нахмурил седые брови и, заложив за спину обе руки, остановился невдалеке от дверей в позе нахохлившегося дятла, готовый оборвать "нахалку". <...> Поверьте, Софья Николаевна <...>
Берег_и_море.pdf
Константин Михайлович Станюкович "Берег" и море ----------------------------------------------------------------------------------------Станюкович К.М. Собр.соч. в 10 томах. Том 10. --М.: Правда, 1977. OCR & SpellCheck: Zmiy (zmiy@inbox.ru), 7 апреля 2003 года ----------------------------------------------------------------------------------------I Скверное осеннее утро. В большом, внушительном, строгого стиля кабинете роскошной казенной квартиры адмирала Берендеева медленно и строго пробило одиннадцать. В эту минуту осторожно, словно бы не смея нарушить торжественной тишины кабинета, вошел пожилой черноволосый лакей, с широким смышленым лицом, обрамленным заседевшими бакенбардами, опрятный и довольно представительный в своем черном сюртуке с солдатским Георгием. Неслышно ступая большими цепкими ногами в мягких козловых башмаках, он приблизился к огромному письменному столу посреди комнаты, за которым сидел, погруженный в чтение какой-то бумаги, с длинным карандашом в маленькой, костлявой и морщинистой руке, низенький, сухощавый, совсем седой старик, с коротко остриженною головой и маленькою бородкой клинышком. Он был в расстегнутом форменном сюртуке и в белом жилете. Белоснежный, тугой стоячий воротничок сорочки подпирал шею и горло в морщинах. Морщины изрезывали и длинноватое, гладко выбритое, отливавшее желтизною лицо с длинным прямым носом, напоминающим трудолюбивого дятла. Утонувший в высоком, глубоком кресле, старый адмирал казался совсем маленьким. Камердинер адмирала Никита, бывший матрос, выждал несколько секунд, взглядывая на адмирала и словно бы определяя степень серьезности его настроения. Адмирал не поднимал головы и, казалось, не замечал своего камердинера. Тогда, слегка вытянувшись, по старой привычке, Никита решительно и довольно громко произнес: -- Осмелюсь доложить... -- Дурак! -- раздражительно оборвал старый адмирал, приказавший раз навсегда не беспокоить его по утрам, когда он занимается, добросовестно прочитывая доклады и добросовестно подучивая учебник механики, чтобы потом не обнаружить своего незнания на подчиненных людях. -- Дама желает видеть ваше высокопревосходительство. Адмирал взволновался. -- Дама? Зачем дама? Какая дама? -- Супруга капитана второго ранга Артемьева. Молодая и брюнетистая по личности, ваше высокопревосходительство. С этими словами Никита положил на письменный стол визитную карточку. Адмирал, прежний лихой "морской волк", неустрашимый, простой и доступный, недаром после долгой службы на берегу изменился. Если бы посетительница была с громкой фамилией или супруга человека с серьезным служебным положением, он хоть и выругал бы про себя даму, оторвавшую его от работы, но, разумеется, приказал бы немедленно просить. "А то к нему, высокопоставленному лицу, работающему до одурения, лезет на квартиру какая-то Артемьева, жена капитана второго ранга... Да еще, дура, передает свою карточку... Очень нужно ему знать, что ее зовут Софьей Николаевной!" Обозленный и дамой, и Никитой, и сегодняшним предстоящим заседанием, где ему придется говорить, защищая свой доклад, адмирал швырнул карточку и проговорил своим скрипучим старческим голосом, звучавшим гневною раздражительностью: -- Скотина! Как ты смел пустить просительницу? Разве не знаешь, что просителей на дому не принимаю. Что курьер смотрел? Где он?
Стр.1