Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 475970)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Добрый

0   0
Первый авторСтанюкович Константин Михайлович
Страниц8
ID11015
Кому рекомендованоМорские рассказы
Станюкович, К.М. Добрый : Рассказ / К.М. Станюкович .— 1901 .— 8 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Константин Михайлович Станюкович Добрый "Морские рассказы" OCR & SpellCheck: Zmiy (zmiy@inbox.ru), 6 апреля 2002 года http://publ.lib.ru "К.М.Станюкович. <...> Морские рассказы"": Издательство "Художественная литература"; Москва; 1986 Константин Михайлович Станюкович Добрый (Из дальнего прошлого) Посвящается Е.Д. <...> Синицкому I Однажды, в начале декабря 186* года, когда щегольской корвет "Кречет" стоял на двух якорях на большом рейде Батавии, я -- тогда юный гардемарин -- правил вахтой с полуночи до четырех утра. <...> Капитан и большая часть офицеров были на берегу. <...> Старший офицер, штурман, механик и "батя", как все звали иеромонаха Антония, никуда не съезжавшего с корвета, давно спали в своих душных каютах. <...> Отделение вахтенных дремало, примостившись на бухтах снастей и у пушек. <...> Только бодрствовали двое часовых да шагал взад и вперед по шканцам вахтенный унтер-офицер. <...> Не спал и один из вахтенных матросов -- Аверьян Шняков. <...> И вдруг, обрывая ее, поднимал голову и вдумчиво смотрел на небо, усеянное брильянтами мигающих звезд, среди которого медленно-величаво поднималась томная и словно бы самодовольная луна. <...> И оно манило бы к себе, если бы по временам не показывалась над водой, совсем близко, отвратительная плоская большая голова каймана с неподвижными глазами. <...> В его рассказах чувствовался слегка скептический ум, но не озлобленный после двадцатилетней службы, а словно бы смягченный философией его доброго сердца. <...> II -- Не спится, Шняков? -- тихо спросил я, приблизившись к нему. <...> -- Ночь, ваше благородие! -- еще тише ответил он, словно бы боялся спугнуть чары волшебной ночи. <...> И, указывая рукой на рейд, прибавил: -- Вот на этом самом рейде матросики просто в отчаянность пришли... <...> Капитаном у нас был Евген Иваныч Двинский... <...> Я слышал, что Евгений Иванович Двинский, молодой адмирал, давно занимавший береговое место, был мягкий и очень добрый человек. <...> -- И с таким добрым капитаном вы дошли до отчаянности? -- воскликнул я. <...> Одно <...>
Добрый.pdf
Стр.1
Добрый.pdf
Константин Михайлович Станюкович Добрый "Морские рассказы" OCR & SpellCheck: Zmiy (zmiy@inbox.ru), 6 апреля 2002 года http://publ.lib.ru "К.М.Станюкович. "Морские рассказы"": Издательство "Художественная литература";Москва; 1986 Константин Михайлович Станюкович Добрый (Из дальнего прошлого) Посвящается Е.Д.Синицкому I Однажды, в начале декабря 186* года, когда щегольской корвет "Кречет" стоял на двух якорях на большом рейде Батавии, я -- тогда юный гардемарин -- правил вахтой с полуночи до четырех утра. Огни были потушены. Вокруг царила тишина. Капитан и большая часть офицеров были на берегу. Старший офицер, штурман, механик и "батя", как все звали иеромонаха Антония, никуда не съезжавшего с корвета, давно спали в своих душных каютах. Команда спала на палубе. Отделение вахтенных дремало, примостившись на бухтах снастей и у пушек. Только бодрствовали двое часовых да шагал взад и вперед по шканцам вахтенный унтер-офицер. Не спал и один из вахтенных матросов -- Аверьян Шняков. Это был старший рулевой, серьезный и старательный человек лет под сорок, любивший иногда пофилософствовать на баке и вступавший охотно в беседы с теми офицерами, особенно с молодыми, которые пользовались его расположением за то, что не наказывали линьками, не дрались и не очень ругались. Прислонившись к борту на шканцах, Шняков тихо мурлыкал под нос какую-то песню. И вдруг, обрывая ее, поднимал голову и вдумчиво смотрел на небо, усеянное брильянтами мигающих звезд, среди которого медленно-величаво поднималась томная и словно бы самодовольная луна. Она, как говорят моряки, светила во "всю рожу". Шняков вдыхал полною грудью нежную прохладу южной ночи и, казалось, проникновенно любовался ею. Действительно, почти безмолвная и таинственная, она была прелестна. Море едва трепетало рябью, отливавшею серебром, и словно о чем-то ласково шептало. И оно манило бы к себе, если бы по временам не показывалась над водой, совсем близко, отвратительная плоская большая голова каймана с неподвижными глазами. На такой рейдовой вахте делать решительно нечего. Я уж налюбовался ночью, до усталости шагал по мостику, мечтая о писательской славе, обошел два раза палубу -- убедиться, что часовые не спят, и, прислонившись к поручням, вдруг почувствовал, что неотразимая и властная дрема сию минуту охватит меня.
Стр.1