Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 481748)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Буддийское настроение в поэзии

0   0
Первый авторСоловьев Владимир Сергеевич
Страниц26
ID10937
Кому рекомендованоКритика и публицистика
Соловьев, В.С. Буддийское настроение в поэзии : Статья / В.С. Соловьев .— 1894 .— 26 с. — Критика

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Соловьев Владимир Буддийское настроение в поэзии Многие из наших писателей уже находили в легендах буддизма мотивы и сюжеты для своих произведений; но настоящим представителем буддийского настроения должно признать такого поэта, который, по-видимому, вовсе не интересуется буддизмом и вообще строго охраняет свой русский стих от всяких чужеродных имен и терминов1. <...> А. А. Голенищева-Кутузова достаточно признана и публикою,-его стихотворения издаются в третий раз2,-- и Академией наук, избравшей его в члены-корреспонденты и поручающей ему оценку поэтических сочинений, представляемых на Пушкинскую премию. <...> Это признание вполне заслуженно: если не по возрасту, то по литературному типу гр. <...> Кутузов может быть назван "остальным из стаи славной"3 тех поэтов, которые явились вслед за Пушкиным и Лермонтовым; более чем у кого-либо в его стихе слышится какое-то пушкинское веяние; рамки трех главных его произведений ("Старые речи", "Дед простил" и "Рассвет") не выходят из пределов той "деревни, где скучал Евгений"4, а в первой из этих трех поэм к пушкинскому внушению нужно отнести и главный характер и развязку. <...> Но при этой зависимости, о которой я упоминаю, конечно, не для упрека, между поэзией Пушкина и гр. <...> У Пушкина тон бодрый, радостный и уверенный; при самых языческих, мирских и даже греховных сюжетах настроение его все-таки христианское,-- это поэзия жизни и воскресения. <...> Кутузова, напротив, тон мирный, настроение безнадежное, он поэт смерти и Нирваны, хотя это последнее столь ныне злоупотребляемое слово и не встречается в его стихах. <...> Накануне этой катастрофы жена имела краткое любовное объяснение с героем и назначила ему свидание: "Я завтра вечером останусь здесь одна У мужа в городе какое-то есть дело. <...> Я -- видите -- свое сдержала обещанье: Я ваша... я пришла на тайное свиданье, В потемках крадучись, забыв и стыд и честь. <...> Когда ему назначают тайное свидание, он говорит <...>
Буддийское_настроение_в_поэзии.pdf
Соловьев Владимир Буддийское настроение в поэзии Многие из наших писателей уже находили в легендах буддизма мотивы и сюжеты для своих произведений; но настоящим представителем буддийского настроения должно признать такого поэта, который, по-видимому, вовсе не интересуется буддизмом и вообще строго охраняет свой русский стих от всяких чужеродных имен и терминов1. Литературная значительность гр. А. А. Голенищева-Кутузова достаточно признана и публикою,-его стихотворения издаются в третий раз2,-- и Академией наук, избравшей его в члены-корреспонденты и поручающей ему оценку поэтических сочинений, представляемых на Пушкинскую премию. Это признание вполне заслуженно: если не по возрасту, то по литературному типу гр. Кутузов может быть назван "остальным из стаи славной"3 тех поэтов, которые явились вслед за Пушкиным и Лермонтовым; более чем у кого-либо в его стихе слышится какое-то пушкинское веяние; рамки трех главных его произведений ("Старые речи", "Дед простил" и "Рассвет") не выходят из пределов той "деревни, где скучал Евгений"4, а в первой из этих трех поэм к пушкинскому внушению нужно отнести и главный характер и развязку. Но при этой зависимости, о которой я упоминаю, конечно, не для упрека, между поэзией Пушкина и гр. Кутузова существует -- не говоря о силе и размерах ясное различие в настроении и тоне. У Пушкина тон бодрый, радостный и уверенный; при самых языческих, мирских и даже греховных сюжетах настроение его все-таки христианское,-- это поэзия жизни и воскресения. У гр. Кутузова, напротив, тон мирный, настроение безнадежное, он поэт смерти и Нирваны, хотя это последнее столь ныне злоупотребляемое слово и не встречается в его стихах. Гейне разделял умы на "эллинов" и "иудеев"; наш поэт не принадлежит ни к тем, ни к другим; он буддист,-- разумеется, не в смысле каких-нибудь догматов и учений, а в смысле того душевного настроения, которое кристаллизовалось исторически в религии Шакъямуни5, но может существовать индивидуально, независимо от нее. Я имею в виду не порицание и не похвалу, а пока только определение. Я вывожу его из разбора трех названных поэм, на которых главным образом основано литературное значение нашего поэта. Помимо намерения, а может быть и помимо сознания автора, эти три лирические поэмы связаны между собою как последовательные ступени в развитии одного и того же настроения {Внешний признак принадлежности этих пьес в лирической, а не в эпической поэзии состоит в безымянности действующих лиц. Только второй рассказ приближается несколько к эпическому строю, соответственно чему и два главные лица в нем обозначены хотя и не именами, а титулами.}. II Одинокий, во всем отчаявшийся преждевременный старик возвращается после многих лет странствования в свой деревенский обветшалый дом, где его узнает и приветствует только дряхлый пес. Все остальное ему чуждо, он окружен бледными призраками воспоминаний и мертвыми следами минувшего. Он в них безмолвно, тихо бродит, Как гость могил, среди крестов И сердцу милых мертвецов По ветхим подписям находит И внемлет смертный их покой, К гробам приникнув головой. В толпе иных воспоминаний Живей являлося одно. Огнем несбывшихся желаний Больнее душу жгло оно6. Найдя старую тетрадь дневника, унылый шутник читает в ней краткую историю своей любви к
Стр.1