Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 482172)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

История России с древнейших времен. Том 29

0   0
Первый авторСоловьев Сергей Михайлович
Страниц132
ID10905
АннотацияТурецкие и польские дела в 1773 и 1774 годах. Отношения к другим европейским державам за то же время. Внутреннее состояние России во время первой турецкой войны. Обзор дипломатических сношений русского двора от Кучук-Кайнарджийского мира по 1780 год.
Кому рекомендованоИстория России с древнейших времен
Соловьев, С.М. История России с древнейших времен. Том 29 : Очерк / С.М. Соловьев .— 1879 .— 132 с. — История

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Обзор дипломатических сношений русского двора от Кучук-Кайнарджийского мира по 1780 год  ГЛАВА ПЕРВАЯ ПРОДОЛЖЕНИЕ ЦАРСТВОВАНИЯ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕКАТЕРИНЫ II АЛЕКСЕЕВНЫ Турецкие и польские дела в 1773 и 1774 годах. <...> Отношения к другим европейским державам за то же время Мы видели, что в конце 1772 года переговоры на Бухарестском конгрессе остановились благодаря крымским городам, которых требовала Россия. <...> И в начале 1773 года Обрезков доносил, что все затруднение состоит в этих городах, Керчи и Еникале, которых турки уступить никак не хотят, и конгресс разорвался бы, если бы он не обещал переписаться о городах со своим двором. <...> Обрезков писал прусскому посланнику Зегелину в Константинополь, чтоб тот уговаривал там согласиться на уступку Керчи и Еникале. <...> Зегелин стал уговаривать рейс-эфенди, но тот отвечал: "Порта сделала все для успешного окончания переговоров: согласилась на уступку Азова и Таганрога, на известные гарантии для грузин, молдаван, казаков, на торговлю русских подданных на Черном море и архипелаге, хотя морские державы единодушно советовали противное; Порта согласилась, что для безопасности от татар Россия может укрепляться как ей угодно. <...> Но от уступки Керчи и Еникале зависит благосостояние Оттоманской империи; если б даже Россия обязалась никогда не строить там военных кораблей, то и это не обеспечивало бы нисколько в будущем, потому что Россия может приготовить все материалы на Дону и при первом разладе с нами перевести их в Керчь и Еникале; в три или четыре месяца русский флот в числе 12 или 15 кораблей появится на Черном море и предпишет законы Константинополю. <...> Наше решение непреложно: если Россия уступит насчет Керчи и Еникале, мир будет заключен; но, если она будет настаивать на своем, мы будем продолжать несчастную войну, хотя бы привелось нам всем погибнуть, ибо если предназначено Турецкой империи погибнуть, то мы не можем этого избежать". <...> Обрезков переписывался также и с австрийским <...>
История_России_с_древнейших_времен._Том_29.pdf
С.М. Соловьев История России с древнейших времен Том 29 Оригинал здесь: Библиотека Магистра ОГЛАВЛЕНИЕ:  Глава первая. Продолжение царстования императрицы Екатерины II Алексеевны. Турецкие и польские Глава вторая. Продолжение царствования императрицы Екатерины II Алексеевны. Внутреннее Дополнение. Обзор дипломатических сношений русского двора от Кучук-Кайнарджийского мира по дела в 1773 и 1774 годах. Отношения к другим европейским державам за то же время  состояние России во время первой турецкой войны  1780 год ГЛАВА ПЕРВАЯ ПРОДОЛЖЕНИЕ ЦАРСТВОВАНИЯ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕКАТЕРИНЫII АЛЕКСЕЕВНЫ Турецкие и польские дела в 1773 и 1774 годах. Отношения к другим европейским державам за то же время Мы видели, что в конце 1772 года переговоры на Бухарестском конгрессе остановились благодаря крымским городам, которых требовала Россия. И в начале 1773 года Обрезков доносил, что все затруднение состоит в этих городах, Керчи и Еникале, которых турки уступить никак не хотят, и конгресс разорвался бы, если бы он не обещал переписаться о городах со своим двором. Вслед за тем Обрезков извещал, что желание Порты окончить войну охладевает и это надобно приписать проискам врагов России в Константинополе. Обрезков писал прусскому посланнику Зегелину в Константинополь, чтоб тот уговаривал там согласиться на уступку Керчи и Еникале. Зегелин стал уговаривать рейс-эфенди, но тот отвечал: "Порта сделала все для успешного окончания переговоров: согласилась на уступку Азова и Таганрога, на известные гарантии для грузин, молдаван, казаков, на торговлю русских подданных на Черном море и архипелаге, хотя морские державы единодушно советовали противное; Порта согласилась, что для безопасности от татар Россия может укрепляться как ей угодно. Но от уступки Керчи и Еникале зависит благосостояние Оттоманской империи; если б даже Россия обязалась никогда не строить там военных кораблей, то и это не обеспечивало бы нисколько в будущем, потому что Россия может приготовить все материалы на Дону и при первом разладе с нами перевести их в Керчь и Еникале; в три или четыре месяца русский флот в числе 12 или 15 кораблей появится на Черном море и предпишет законы Константинополю. Наше решение непреложно: если Россия уступит насчет Керчи и Еникале, мир будет заключен; но, если она будет настаивать на своем, мы будем продолжать несчастную войну, хотя бы привелось нам всем погибнуть, ибо если предназначено Турецкой империи погибнуть, то мы не можем этого избежать". Обрезков переписывался также и с австрийским интернунцием в Константинополе Тугутом, ожидая и от него содействия в заключении мира, но Зегелин писал Обрезкову: "Князь Кауниц нажаловался моему государю на меня, что я внушал Порте: если она не заключит скорее мира, то весною австрийцы соединятся с русскими для отнятия у Турции того, что прежде им принадлежало. Из этого я заключаю, что со стороны Австрии нам нечего ожидать для ускорения переговоров, ибо на самом деле внушение, мне приписываемое, было бы самым действительным средством образумить турок; и если бы в Вене и боялись этим слишком ускорить мир и помешать, быть может, тайным замыслам, то я не вижу, зачем так ратовать против подобного внушения, которое ни в чем не вредит венскому двору, будучи сделано не его министром". Но Румянцев не был доволен и прусским министром, он находил в его письмах "и волчий рот, и лисий хвост...". Все окрестности являют, писал Румянцев Обрезкову, что "друзья неприятелей наших и нам прямые враги суть; но наши приятели, напротив того, доброхотство и пособие
Стр.1