Национальный цифровой ресурс Руконт - межотраслевая электронная библиотека (ЭБС) на базе технологии Контекстум (всего произведений: 491375)
Консорциум Контекстум Информационная технология сбора цифрового контента

Путь в Дамаск

0   0
Первый авторСологуб Федор
Страниц7
ID10790
Кому рекомендованоРассказы
Сологуб, Ф. Путь в Дамаск : Рассказ / Ф. Сологуб .— 1910 .— 7 с. — Проза

Предпросмотр (выдержки из произведения)

Вечером весеннего тихого дня, когда на весело шумных улицах громыхали дрожки, когда свирепые оборванцы и увядшие женщины продавали наивные ландыши, Клавдия Андреевна Кружинина вышла от доктора, красная и дрожащая от стыда и отчаяния, совершенно подавленная тем, что ей, молодой девушке, пришлось услышать. <...> Глаза, живо отражающие всякое движение, глубокие и умные, - умильные ямочки на щеках и на подбородке, - густые волны черных, как осенняя ночь, волос, все эти разрозненные прекрасности печально дисгармонировали с общим серым тоном лица и всей неграциозной фигуры. <...> II В том состоянии растерянности и стыда, когда дрожат и подкашиваются ноги, и не знаешь, что делать, Клавдия Андреевна шла по улицам. <...> Там жила ее подруга, Наталья Ильинична Опричина, девица волоокая, полногрудая, энергичная, славный человек и отличный товарищ. <...> Если бы прошло хоть сколько-нибудь времени, хоть один только день, тогда, может быть, стало бы стыдно даже и подруге сказать об этом. <...> Тем более, что Опричина сразу, по несчастному, опрокинутому лицу Клавдии Андреевны поняла, что случилось неожиданное что-то и очень неприятное, - и стала расспрашивать. <...> Опричина ходила по комнате шагами грузными, от которых легонько позвякивали на столе стеклышки подсвечников, - и думала. <...> Опричина говорила: Они скверные, все эти наши мужчины, и это возмутительно и несправедливо, что за всякую смазливою рожицею ухаживают охотно, будь она глупа, как набитый осел, а на некрасивых никто не хочет смотреть. <...> Он любит иметь дело с невинными девушками. <...> Сергей Григорьевич Ташев, ее собеседник, говорил комплименты ее уму, остроумию, образованности. <...> Почему они с ним, такие чужие, далекие, вчера еще незнакомые, сидят здесь одни, вдвоем, отделенные тяжелыми гранатовыми портьерами от улицы, от города, от всего внешнего, всегдашнего, привычного? <...> Забыла всю нелепицу спутанной связи событий, и зачем сюда пришла, забыла, потеряла <...>
Путь_в_Дамаск.pdf
Федор Сологуб. Путь в Дамаск Рассказ Оригинал находится здесь: Сайт "Федор Сологуб" I От буйного распутства неистовой жизни к тихому союзу любви и смерти, - милый путь в Дамаск... Вечером весеннего тихого дня, когда на весело шумных улицах громыхали дрожки, когда свирепые оборванцы и увядшие женщины продавали наивные ландыши, Клавдия Андреевна Кружинина вышла от доктора, красная и дрожащая от стыда и отчаяния, совершенно подавленная тем, что ей, молодой девушке, пришлось услышать. Казалось ей, что все и дожидающиеся в гостиной больные, и горничная в передней смотрят на нее с насмешкою, жалящею сердце змеиными укусами. Кто же возьмет ее, застенчивую, неловкую, теряющуюся всегда при мужчинах? Уже давно зеркало приводило ее стекло, отражающее беспощадно только некрасивое, но и лишенное всякого такую некрасивую и совсем неинтересную, в отчаяние, - противное правдивое то, что есть, - лицо, не только очарования. Некрасивость лица не скрашивалась даже несколькими отдельными приятными и милыми чертами. Глаза, живо отражающие всякое движение, глубокие и умные, - умильные ямочки на щеках и на подбородке, - густые волны черных, как осенняя ночь, волос, - все эти разрозненные прекрасности печально дисгармонировали с общим серым тоном лица и всей неграциозной фигуры. Кто же ее возьмет? Кто назовет ее женою? С беспощадною откровенностью циника, каким сделала его профессия, доктор бросил ей беспощадные слова. Клавдия Андреевна сконфуженно лепетала: - Но, доктор, как же это? Разве это от меня зависит? У меня нет жениха. Доктор пожал плечами. - С природою не заспоришь, - равнодушно сказал он, - никакое лекарство вам не поможет. II В том состоянии растерянности и стыда, когда дрожат и подкашиваются ноги, и не знаешь, что делать, Клавдия Андреевна шла по улицам. Знакомые перекрестки и переходы привели ее в квартиру в четвертом этаже, со двора. Там жила ее подруга, Наталья Ильинична Опричина, девица волоокая, полногрудая, энергичная, славный человек и отличный товарищ. Клавдия Андреевна все ей рассказала. Если бы прошло хоть сколько-нибудь времени, хоть один только день, тогда, может быть, стало бы стыдно даже и подруге сказать об этом. Но теперь вышло как-то само собою. Тем более, что Опричина сразу, по несчастному, опрокинутому лицу Клавдии Андреевны поняла, что случилось неожиданное что-то и очень неприятное, - и стала расспрашивать. Клавдия Андреевна села, улыбнулась растерянно и стыдливо, и принялась рассказывать, подробно и добросовестно, как твердо заученный урок. Рассказала и заплакала. Опричина ходила по комнате шагами грузными, от которых легонько позвякивали на столе стеклышки подсвечников, - и думала. - По-моему, - сказала она, - плакать тут нечего, а надо действовать. У тебя нет никого на примете? Клавдия Андреевна жалобным голосом призналась: - Нет никого. Опричина говорила: - Они скверные, все эти наши мужчины, и это возмутительно и
Стр.1